Назад

Светлана де Роган-Левашова

"Откровение"

Конец незаконченной книги Светланы

ПОСЛЕСЛОВИЕ

Эта удивительная КНИГА Светланы так никогда и не будет закончена. И не потому, что Светлане нечего было написать, чтобы завершить эту книгу. Просто потому, что Светланы больше нет с нами. Последние две главы ей оставалось только перенести на бумагу, но у неё не было возможности сделать это.

 

Ни я, ни она не спешили обнародовать всё то, что нам приходилось проходить в последние годы. Наша травля началась ещё в 1993 году и не прекращалась с тех пор. Особенно травля усилилась после моего возвращения в Россию. Практически не было недели, чтобы нам не преподнесли какую-нибудь очередную пакость. Особенно сильную травлю организовали нам во Франции, особенно после того, как в 2003 году в нашем владении был установлен мною генератор пси-поля, и стали происходить «чудеса в решете», о которых желающий может узнать из статей «Источник жизни». Французские власти делали всё возможное и невозможное, чтобы отобрать у нас наш Замок вместе со всеми нашими чудесами, творя без(с)предел в пределах закона, ловко манипулируя законами.

 

Если бы только люди знали, в каких условиях Светлана писала свою КНИГУ! Осенью 2008 и зимой 2009 года она печатала главы своей книги, сидя за компьютером в самой тёплой одежде, которую она только имела. и в перчатках. Из под шарфа выглядывали только её изумительные зелёные глаза, которые меняли свой цвет от цвета морской волны до изумрудного. При её дыхании изо рта валил пар, так как температура внутри Замка была ниже нуля, когда за стенами стояли морозы. Но, несмотря на всё это, Светлана продолжала писать, смещаясь в прошлое к тем событиям, о которых она писала. А потом переворачивала горы книг и искала через Сеть всё, что могло подтвердить её ПРАВДУ!

 

И что самое интересное – практически всегда находила подтверждение тому, что она слышала и видела во время своих смещений в прошлое к тем событиям, которые с ней происходили в детстве. Она раскопала в архивах и упоминание о венецианской ведьме по имени Изидора, и о кровавом папе Караффе и многое, многое другое. Она собрала тысячи уникальных фотографий для своих будущих книг и мечтала о том, когда сможет написать эти книги: «Даария», «Дети Солнца» и продолжить свою автобиографическую книгу «Откровение», в которой она успела осветить только свои детские годы. Но в силу того, что происходило с ней в эти детские годы, эта книга стала не столько о ней самой, сколько о тех удивительных людях, о которых она узнала, благодаря своим удивительным дарованиям. Эта книга стала гимном удивительным героям прошлого, имена которых или просто предали забвению (таких, как Изидора), или дела и память о которых извратили полностью, как это сотворили с Радомиром и Магдалиной.

 

Она успела только вернуть им их доброе имя, поведав людям об их делах и подвигах. А скольким настоящим героям она так и не успела вернуть доброе имя?! Её новые книги так и останутся НЕ НАПИСАННЫМИ! А ведь её книга служила тем светом, который так нужен сейчас людям, чтобы окончательно не потерять человеческий облик. В ней показаны примеры борьбы настоящих людей, которые погибали не ради своей собственной выгоды, а ради ПРАВДЫ и ради того, чтобы приблизить хоть чуть-чуть светлое будущее для других. Светлана своей жизнью, которую многие другие назовут героической, доказала, что она вправе встать рядом с теми, о ком писала в своей книге. Сама она никогда не считала, что делает что-то героическое, она просто делала то, что подсказывала ей совесть и сердце. После каждой написанной главы её книги, её били нещадно. Конечно, у неё была моя защита, но, даже если на человеке надет бронежилет, ударившая его пуля отбрасывает человека на метры, оставляя на теле ушибы и кровоподтёки.

 

А если в бронежилет попадают пули не переставая, день за днём, год за годом, то не нужно объяснять, что испытывает при этом человек. А если учесть, что «пули» все разные и разного калибра, и что враги выжидают любой момент, чтобы нанести удар по незащищённому месту, которое появляется всякий раз, как только возникнет, хоть какая-нибудь эмоция, открывающая защиту. Каждый раз исполнители, наносившие удары, и заказчики получали от меня по заслугам, но от этого их не становилось меньше. Полное незнание того, что случилось с их предшественниками и самоуверенность и, конечно же, алчность, толкали их на грязное дело. Били Светлану так, чтобы она не могла смещаться в прошлое и передавать людям правду о событиях тех веков.

 

Очень сильным был удар этой весной, но мне тогда удалось спасти Светлану. Врагам удалось тогда сильно повредить её память. Почти два месяца из её жизни были стёрты полностью, и, если бы мне не удалось этот процесс остановить, её память была бы уничтожена полностью. Тогда мне удалось не только остановить стирание её памяти, но и восстановить почти всё стёртое. И это не остановило Светлану! Как только к ней вернулась способность работать, она вновь уселась за компьютер и стала писать новые главы. Постоянные стрессы и удары сильно посадили её глаза, она практически ослепла.

 

Как только мне удавалось хоть немного восстановить ей зрение, она немедленно садилась за компьютер и писала, писала... Так появились на свет последние главы, она так боялась не успеть закончить последние две главы своей первой, ставшей последней, книги. После событий лета этого года и других наших действий, направленных на то, чтобы не позволить чёрным хлопнуть дверью так, чтобы погиб и весь остальной Мир, бить стали практически не переставая. Последний раз серьёзную работу мы провели в конце октября 2010 года, тогда Светлана собрала все свои силы, чтобы провести эту работу до конца. Нам удалось уничтожить опасную систему, которую напоследок приготовили паразиты.

 

После этого вся эта нечисть била, практически не прекращая, особенно по ночам. Если и удавалось немного отдохнуть, то только утром. И ей, и мне не получалось даже просто выспаться. И, как и полагается нечисти, только с рассветом сила её ударов ослабевала. И так повторялось изо дня в день, особенно весь последний год. Ей было очень тяжело, на её глазах порой можно было увидеть слёзы, но потом Светлана говорила мне: «Ты не думай, что я сдалась, просто больно от предательств и подлости людей, которым ты открываешь своё сердце и получаешь взамен от них “нож в спину”». Светлана смотрела на мир с чистыми глазами ребёнка. Её смех, который не очень часто звучал последнее время, был всегда наполнен чистотой и светом, от которых на душе становилось как-то по особенному легко и радостно.

 

Буквально за несколько дней до её убийства, она говорила о своих планах, о своих новых книгах, она сожалела, что не может печатать, что даже с сильной лупой она ничего не видит на экране монитора. И каждый раз спрашивала меня о том, когда же я, наконец, восстановлю ей зрение, чтобы она смогла закончить хотя бы последние две главы первого тома её «Откровения». Она так боялась не успеть завершить эту книгу! Не говоря уже о будущих книгах!

 

Я ей говорил о том, что она слишком рано бросается к компьютеру, стоит ей только начать видеть чуть-чуть лучше, и о том, что чёрные не дают мне времени восстановить ей зрение хотя бы до среднего уровня, нанося удары вновь и вновь по зрительным зонам, по её прекрасным глазам. Она понимала это и в то же время не принимала. Она последнее время очень часто говорила, что всё будет хорошо, но её уже не будет. Она очень боялась, что с ней что-нибудь произойдёт, и никого не будет рядом, что не будет рядом меня. Она этого боялась и... именно это и случилось.

 

11 ноября 2010 года был нанесён очень мощный удар по её уже сильно истрёпанному сердечку, но... тогда чёрным не удалось достичь своей цели. Мне удалось довольно быстро восстановить повреждения её сердца. Уже несколько дней я настаивал на необходимости проведения новой перестройки, после которой чёрным не останется ничего другого, как в неуемной злобе кусать свои собственные локти от без(с)силия. Именно благодаря таким вот новым качественным изменениям в прошлом, мне довольно легко и быстро удавалось не только останавливать удары чёрных, но и разобраться с теми системами, частью которых были наносившие удары. Каждый раз такая вот перестройка приводила к серьёзным качественным изменениям, а порой даже невероятным! Невероятным для меня, а меня и Светлану весьма сложно удивить по той простой причине, что за время нашей совместной жизни и борьбе с чёрными всех мастей и уровней, с каждым разом нас было всё сложнее и сложнее удивить. На этот раз перестройка должна была стать очередной поворотной точкой нашего развития.

 

У меня «чесались» руки поскорей провести эту работу. Но разница во времени в два часа и тот факт, что мне практически каждый день приходилось проводить на телефоне не менее 9-10 часов, помогая людям, не считая встреч и всего остального, приводили к тому, что возможность спокойно поработать появлялась не ранее часа ночи по московскому времени. К этому времени, и я бывал довольно сильно уставшим, да и Светлана тоже. К тому же, такая работа затягивалась на полтора-два часа времени, как минимум, и после неё было весьма сложно заснуть как мне, так и Светлане.

 

Светлана жалела в первую очередь меня, так как она знала, что с девяти часов утра до двенадцати, начинался мой утренний телефонный марафон, а вечерний начинался после шести часов вечера и к десяти часам вечера переходил в шквал звонков до начала первого ночи. Светлана знала, что я не могу спокойно говорить или работать с ней по Скайпу или телефону, когда мой рабочий телефон разрывается от звонков людей, которые ждут моей помощи, а я занят чем-то другим, пускай и очень важным. В таких ситуациях я сразу напрягался, Светлана это чувствовала и немного обижалась на мои слова о том, что люди ждут моей помощи, и часто мне говорила: «А я что, не человек»?! Конечно, я говорил ей, что она самый главный человек в моей жизни, но у нас для разговора и работы будет ещё время, а вот у многих людей такого привилегированного положения нет, и они не смогут получить мою помощь позже.

 

Так что чаще всего у нас было достаточно времени для наших собственных нужд, только в выходные и то, если у меня или у неё не было каких-либо встреч.

 

Когда из-за удара по сердцу в четверг 11 ноября не получилось поработать над задуманным, потому что в свободное время пришлось ремонтировать сердце Светланы после очередного удара, а поздно вечером Светлана просто вырубилась от усталости после удара и той нагрузки, которую мне пришлось ей дать, чтобы привести её сердце хотя бы в относительный порядок. Она буквально засыпала перед камерой Скайпа после каждого своего слова и начинала клевать носом. Мы оба посмеялись над этим, и она пошла спать, отключившись от Скайпа в 23.38. Как обычно, она мне позвонила из своей спальни, я поставил ей защиту на сон и мы пожелали друг другу спокойной ночи.

 

Чтобы дать ей возможность хоть немного отдохнуть после таких перегрузок от ночных ударов тёмных, я сам не ложился спать всю ночь, защищая её от новых ударов. Конечно, я ей не говорил о том, что я всю ночь охранял её сон. Если бы она узнала бы об этом, то её возмущению не было бы предела. Она постоянно говорила о том, что это с другими может что-нибудь случиться, включая и её саму, а вот я... должен быть всегда в форме, готовый сразиться с чёрными и победить... Она даже в таких критических для себя ситуациях в первую очередь думала не о себе, а о том, ради чего мы не улетели вместе, когда друзья приходили специально, чтобы забрать нас с собой. Поэтому, зная это, я немного лукавил, отвечая на вопрос о том, когда я пошёл спать сам. Я говорил, что пошёл спать раньше, чем вчера, хотя вчера я сам пошёл «спать» около семи часов утра, а сегодня около шести! Я говорил правду, не уточняя деталей.

 

Ко всему прочему, довольно часто я не шёл спать, отражая удары, которые наносили по мне самому, изучая при этом самих нападающих и вырабатывая противодействие против ударов; и новый опыт использовал потом, чтобы защитить и Светлану. Ночь с четверга на пятницу она спала очень крепко, просто провалившись в глубокий сон. Но в пятницу, 12 ноября мощные удары начали наноситься по Светлане с утра, что было весьма необычно. Мы с ней поговорили по Скайпу в 12.30 по московскому времени без малого двадцать одну минуту, потом чуть больше минуты мы с ней поговорили в 13.34 и последний звонок по Скайпу, когда я видел её живой, состоялся в 14.51 и продолжался он 10.11 минут!

 

Как я жалею о том, что не поговорил с ней больше и не настоял на начале запланированной работы. Светлана сказала, что она пойдёт ещё немного полежит, а потом мы обязательно поработаем. Глубокого сна ночью ей было явно мало после всего перенесённого. Она проспала до своего вечера и позвонила мне со своего мобильного, сказав, что она проспала всё и спешит выгулять собак, пока ещё не очень темно. Она мне несколько раз звонила во время этой прогулки и просила мне помочь ей, так как удары начались снова...

 

В последний вечер перед её убийством, не было обычной видеосвязи по Скайпу. Она позвонила мне по телефону, я ей перезвонил и... мы поговорили несколько минут, последних минут, когда я слышал её необыкновенный голос. Мало кто знает, что Светлана ещё и профессиональная певица и не просто певица, а звезда! Кроме того, что она обладает удивительно красивым и нежным голосом, она ещё закончила консерваторию в Вильнюсе. Её голос был (рука не поднимается писать это слово) не только красивым и нежным, но и очень сильным. Она пела популярную музыку и со своей группой объездила весь Советский Союз. Куда только её не заносила судьба – от Дальнего Востока до Западных границ, от Крайнего Севера до гор Памира и Алтая. Она мне рассказывала, что когда они были на Памире, был организован для их группы поход в горы. И вот, проводник их группы, вывел их к удивительно красивому месту, где скала выступом нависала над пропастью. Пока экскурсовод-проводник расписывал достопримечательности этого места, Светлана подошла к краю скалы, села на этот край и свесила ноги вниз!

 

Когда экскурсовод-проводник увидел её там, лицо его приняло пепельный оттенок, и он ползком пополз к ней, умоляя её не шевелиться и не двигаться. Удивившись такой его реакции, она спокойно забралась с ногами на скалу, встала и присоединилась к остальным, а проводник ползком последовал за ней... Когда она мне об этом рассказывала, она улыбаясь так, как этого никто не мог делать, сказала мне, что сейчас, навряд ли бы решилась на такое! Но я уверен, что если бы возникла такая необходимость, Светлана сделала бы это, не задумываясь.

 

Всё время, когда мы были вместе, она своими делами доказывала свою смелость неоднократно! Людей, которые не боятся, в принципе не существует. Герои боятся, так же, как и все остальные. Отличаются герои от остальных тем, что они (герои) в состоянии подавить в себе страх, порождаемый инстинктом самосохранения, и сделать то, что необходимо. И при этом, не бравировать этим и считать, что любой другой поступил бы точно также! Но одно дело собраться с духом на героический поступок один раз в жизни, а потом купаться в лучах славы всю оставшуюся жизнь, а совсем другое дело совершать подвиг каждый день и не считать это чем-то особенным и не кичиться при этом своим геройством перед другими. Именно такой и была Светлана!

 

Все те изумительные годы, которые мы были вместе, мы были вместе даже тогда, когда враги разделяли нас огромными расстояниями. Её большое и такое тёплое сердечко большого и прекрасного ребёнка, в лучшем смысле этого слова, сжималось от страха, но... она, несмотря ни на что, шла и делала то, что было нужно, и нужно не ей лично, а для дела, и дела ради других людей, которые так никогда и не узнают, через какие испытания ей пришлось пройти ради них самих. Но об этом позже...

 

Кто-то может сказать – мало ли таких концертных бригад колесило по Союзу? Нет, не мало, а очень много. Светлана пела на нескольких языках – на русском, литовском и английском. Пела замечательно и была настоящей звездой. К сожалению, её слышали очень немногие, её не показывали по союзному телевидению, но это не значит, что у неё было недостаточно таланта. Увы, в современном мире далеко не всегда талант, дарования имеют значение. Очень часто имеет значение, чей ты сынок или дочка, или сколько денег в твоих карманах, или какой «крутой дяденька» или «тётенька» стоит за твоей спиной, так было и в советское время, так осталось и сейчас... Мои слова о её таланте — это не просто желание идеализировать Светлану, отнюдь нет! И то, что это так, говорит тот факт, что, когда в Литве выбирали десять лучших песен двадцатого века, две её песни попали в этот список, а одна песня в её исполнении была признана лучшей! И за эту песню голосовали люди, души которых так сильно затронули песни в исполнении Светланы.

 

Из-за предательства её бывшего мужа, который писал музыку для её песен и аккомпанировал ей на гитаре, она ушла со сцены на пике своей популярности, на такое способен только очень сильный человек! Иногда смотришь, как многие звёзды всё уходят со сцены и уходят, а воз… и поныне там, хотя от того, что у них было на вершине творческого расцвета мало уже что осталось, если вообще когда-нибудь что-то было вообще! Я просил Светлану много раз спеть что-нибудь для меня, но… она всегда говорила о том, что она споёт мне как-нибудь потом… И вот теперь это «потом» уже не наступит никогда… Я всё же услышал её голос, правда, только с пластинки с песнями в её исполнении. Это произошло 1997 году. У меня была пластинка, но её не на чем было прослушать. Поэтому я отправился на поиски хорошего проигрывателя… и нашёл то, что мне было нужно! Радостно поставил пластинку на круг… игла медленно опустилась на чёрный диск пластинки… но я ничего не услышал. Только наклонившись очень близко к проигрывателю, точнее, только когда я лёг на пол и приблизил своё ухо к проигрывателю, услышал её пение очень тихо. Осмотрев проигрыватель, я понял, что у него нет усилителя звука, и что я купил только «колёса».

 

Её голос журчал очень тихо, как чистый ручеёк и мне хотелось как можно скорее услышать этот ручеёк во всей его красе. Я немедленно отправился за всем остальным и вернулся с очень хорошей музыкальной системой компании «Sony» с усилителем и мощными колонками. Довольно долго провозившись с его сборкой, подключив к нему купленный ранее проигрыватель, я устроился слушать пение Светланы. Игла проигрывателя была новая и высокой чувствительности и когда она коснулась пластинки, я погрузился в пение Светланы. Некоторые повреждения пластинки создавали шум, но, несмотря на это, из колонок полился очень нежный, светлый голос. Моё сердце сразу защемило, стало очень тепло и очень грустно. Я не понимал слов песни, которую Светлана пела на литовском языке, но нежная грусть песни затронула самые потаённые уголки моей души. Позже я выяснил у Светланы смысл слов песни, и мне стала понятна причина моей грусти. Потом я перенёс всё на СD, отдав пластинку в студию звукозаписи. Я попросил ещё и очистить запись от шумов и… через некоторое время я мог слушать голос Светланы в полной его красе. Любопытно то, что пела Светлана тихим голосом, но не потому, что у неё был слабый голос, отнюдь нет! А потому, что она пела колыбельную песню… У неё очень сильный, оперный голос, но… именно тихое, нежное её пение вливалось в меня, как свет, как невероятная нежность. Когда Светлана была далеко от меня, я прослушивал её песни, особенно колыбельную снова и снова, и, слушая её пение, у меня всегда начинало щемить сердце и всего меня наполняла без(с)крайняя грусть… Конечно, на «вкус и цвет товарищей нет», но, думаю, что в данном случае дело не только во мне…

 

Так уж получилось, что многие профессионалы считали, что у меня от природы очень сильный и красивый голос, и для меня не составляло труда даже без микрофона заставить всё дрожать в довольно-таки большом актовом зале харьковского университета и не только. Так вот, могу сказать, что петь в полный голос очень легко, конечно, если он есть, а вот спеть что-нибудь тем же голосом тихо, да так, чтобы все услышали, очень и очень сложно. Так что дело тут не только, точнее не столько в моём необъективном походе, а в той самой простой ПРАВДЕ… Самое любопытное во всём этом то, что Светлана очень долго не говорила мне, что она закончила консерваторию по классу вокала и фортепиано, и что она была звездой в Литве…

 

После того, как она ушла со сцены на пике своей популярности, она навсегда и без(с)поворотно рассталась со своим бывшим мужем, несмотря на то, что тот на коленях просил его простить, что это было недоразумение, которое больше никогда не повторится… Но она так и не смогла простить ему предательства... Она ушла, оставив ему свою квартиру, которую заработала своим трудом. Короче, поступила так, как должен был поступить мужчина…

 

Светлана, в одночасье оборвав свою карьеру певицы на самом пике популярности, не впала в панику или депрессию, отнюдь нет! Она освоила новую профессию дизайнера одежды, получив ещё и второе высшее образование. И при этом, даже в советские времена достигла на этом поприще не меньших успехов, чем на сцене. В силу того, что в те времена практически было невозможно найти качественных материалов нужной ей цветовой гаммы, Светлана стала сама варить батик. Как я понял из её объяснений, это означает, что она во время варки батика добавляла в процесс такие красители, которые были ей нужны, чтобы получить нужную ей цветовую гамму, разные цветовые переливы и переходы на материале и делала это своими собственными руками у себя на кухне.

 

А потом сама шила красочные наряды по своим собственным скетчам. И при этом все её работы практически мгновенно раскупались за валюту японцами и западноевропейцами и, скорее всего, за малую стоимость того, чего её работы стоили на самом деле. Вообще-то Светлана очень мало рассказывала о себе, из неё приходилось всё буквально «вытаскивать» клещами. Её дизайнерские работы по батику получали самые высокие оценки и награды на многих выставках, куда они попадали из Японии и Западной Европы. Я не знаю, как долго она этим занималась. Она мне об этом рассказала только вскользь, посетовав на то, что в СССР практически было невозможно найти материалы и цвета, которые ей нужны были для воплощения её замыслов, так как, освоив возможности батика по максимуму, она стала искать себя в другой деятельности, но её мечта создать красоту никуда не исчезла. Она реализовалась несколько позже, уже в Америке, но это я подробно буду описывать в своей автобиографии… И я думаю, что я выставлю на сайте диск с записью показа её первой коллекции в 2000 году, который стал и последним показом её творения, которое она подготовила практически всё сама! Так вот, критики назвали её лучшим дизайнером двадцатого столетия, причём такие слова написал критик, которого все дизайнеры безумно боялись, так как его оценка могла означать крах их карьеры. Одно дело, когда высокую оценку даёт проплаченный журналист, в этой ситуации всё понятно! Но публикация этого журналиста была полной неожиданностью даже для Светланы…

 

Обо всём этом я буду подробно писать в своей книге «Зеркало моей души», шаг за шагом показывая всё, через что нам пришлось пройти вместе.

 

Сейчас, мне хотелось бы осветить немного те моменты биографии Светланы, о которых она мне рассказывала из жизни до встречи со мной… Ту травлю, которую организовал Светлане мир «высокой моды», трудно себе представить, но об этом я тоже буду подробно писать в своей автобиографии. Сейчас, я бы хотел поведать читателю о том, что происходило в Светланиной жизни до нашего знакомства почти двадцать лет тому назад. О том, о чём она мне рассказывала и о чём уже не сможет рассказать сама своим прекрасным образным языком, не только писателя, но и многогранного Человека во всех отношениях…

 

Когда Светлана была девушкой, она получила менингит в очень тяжёлой форме. Головные боли были настолько сильные, что даже уколы морфия не снимали боль. Вскоре врачи сказали Светлане, что они не могут дальше ей прописывать морфий как обезболивающее – иначе она станет наркоманкой, и, что теперь, ей придётся жить с нестерпимой болью всё время без какой-либо помощи со стороны медицины. Другой бы на её месте нашёл нужное не у медиков, а у наркодельцов, чтобы адская боль отступала хотя бы на время наркотического забвения! Светлана на это не пошла, она, ко всему прочему, продолжала работать с полной нагрузкой, да так, что никто даже не догадывался о том, что у неё нестерпимые постоянные головные боли…

 

Ещё Светлана мне рассказывала, что они с отцом были «сумасшедшими» библиофилами. Чтобы купить или обменять интересную для них книгу, они были готовы ехать хоть на край света и отдать месячную зарплату за книгу. И не только могли, но ехали и отдавали! Во время одной из таких поездок Светланы в литовский город Каунас, если мне не изменяет память, со Светланой произошли интересные события…

 

После завершения своей охоты за интересной книгой, Светлана присела на лавочке в тенистой аллее и задумалась. Когда она вынырнула из своих печальных дум (у которых были весьма реальные причины, но они были сугубо личными, и я не буду о них писать), то обнаружила, что рядом ней на лавочке сидит средних лет мужчина и внимательно на неё смотрит. Он спросил у неё, что у неё такое случилось, чтобы такое прекрасное лицо погрузилось в такую сильную грусть…

 

Светлане был как воздух нужен внимательный слушатель, чтобы как-то облегчить свою душу. Случайный отзывчивый человек показался ей просто подарком судьбы! Но как-то очень быстро разговор сместился на темы, которые были очень близки Светлане и постепенно разговор плавно перешёл на разговор о смысле жизни и многом, многом другом, что волновало Светлану с самого детства и не давало ей спать спокойно и толкало её вновь и вновь искать ответы на вопросы в мудрости Востока и других книгах, которые обещали открыть читателю все тайны бытия! Но кроме разочарования эти книги ничего не давали! Сначала поманят обещаниями прозрения, а в итоге, всё сведётся вновь к словам о том, что только «великие посвящённые» могут получить эти откровения, а для всех остальных знания не только преждевременны, но и опасны и не только для них самих! Очень впечатляет такая стратегия, более известная, как «стратегия Ходжи Насреддина»! А тем, кто не знал или уже успел подзабыть, напоминаю, что когда упрямый осёл Ходжи Насреддина не хотел двигаться в нужном для него направлении, он вешал на удочку перед его носом морковку и поворачивал удочку куда ему было нужно, а упрямый осёл всё тянулся и тянулся за такой близкой, сочной, сладкой морковкой и… вёз своего хозяина.

 

Светлана и её отец, Василий Васильевич, искали книги по оккультизму, по восточным учениям, надеясь в них найти ответы на свои вопросы… Обещания были, а ответов на вопросы не было! Точнее – они были, но все лежали в категории ответов типа: «…сон есть пересон, а пересон есть не сон, а так как сон не есть пересон, то пересон не есть сон…»! И так продолжать можно практически до без(с)конечности!.. Так вот, вернусь к событиям, о которых мне рассказывала Светлана…

 

Во время одной из своих «разведок боем» за интересными книгами в город Каунас, она присела на скамейку и задумалась… когда она вышла из своего задумчиво-печального образа, то увидела, что рядом с ней сидит человек и внимательно на неё смотрит. У них, как я уже писал, завязалась задушевная беседа, и они об очень многом поговорили, и Светлана с удивлением для себя открыла в этом случайном собеседнике умного и хорошо эрудированного человека во многих вопросах, которую интересовали и её саму. Светлана не заметила, как промелькнуло время, и с удивлением обнаружила, что уже начинает темнеть. Она спохватилась, поблагодарила своего собеседника за такую целебную для души беседу и заспешила домой, так как ей ещё нужно было успеть на автобус в её родной Алитус.

 

На прощанье, её собеседник сказал ей, что она всегда может найти его на этой скамейке, если он ей понадобится. Это её немного удивило, но она не придала этому значения. Когда через некоторое время она вновь оказалась в этом городе, она вспомнила о словах этого человека с грустными глазами и присела на ту же самую скамейку и вновь погрузилась в свои думы. И неожиданно она снова увидела своего знакомого. Вновь между ними завязался разговор, и вновь Светлана не заметила, как пронеслось время…

 

Только когда ситуация повторилась в третий раз, Светлана набралась смелости и спросила, кто он такой и каким образом он всякий раз оказывается рядом с ней, когда она приезжает в этот город. Мужчина ей печально улыбнулся и сказал, что он очень любил сидеть на этой скамейке, что он физик-ядерщик и на своей работе получил смертельную дозу радиации и что он сейчас медленно умирает и его тело находится в коме…

 

Светлану не удивил такой ответ, так как она ещё в детстве неоднократно помогала умершим пройти через переход, но… такое с ней случилось впервые… В детстве ей нужно было выйти сущностью из своего тела, а в этот раз она видела сущность умирающего человека рядом с собой и при этом сама не покидала своего тела, со всеми вытекающими из этого последствиями. Находясь в своём физическом теле, Светлана прекрасно видела и слышала сущность умирающего человека и слышала и видела его так же, как и живых людей…

 

Её это сильно удивило, так как с ней подобное случилось в первый раз. Ещё несколько раз она встречалась с сущностью этого человека и в один из её приездов в Каунас, в который она стремилась попасть уже для того, чтобы вновь побеседовать с этим человеком, он появился вновь и… он уже не был таким как она его видела раньше. Таинственный незнакомец сказал ей, что он специально ждал её, чтобы попрощаться с ней, так как его физическое тело уже умерло, и ему уже пора идти, о чём она и сама прекрасно знает…

 

Ей было грустно терять этого человека, который уже успел стать для неё хорошим другом. Но… жизнь есть жизнь, смерть есть смерть, и у них свои законы…

 

В ночь с пятницы 12-го на субботу 13-го я вновь не спал до самого утра и пошёл спать уже в восьмом часу утра, благо, что в субботу у меня не было звонков и мне не надо было начинать свой утренний рабочий марафон! Поэтому я мог позволить себе повалятся. Я знал, что ночь у Светланы прошла нормально, а утром и днём атаки чёрных сходили практически на нет.

 

Чтобы сразу прояснить картину, хочу сказать, что когда я не спал ночью, охраняя сон Светланы от ударов, это не значит, что я всю ночь сидел и смотрел в потолок и бубнил себе что-нибудь под нос типа: «чёрные разбегайтесь, чёрные разлетайтесь – я иду». Конечно же, нет, просто, если я засыпал, то моя сущность уходила делать свою основную работу, а вместо себя оставляла для защиты Светланы (и не только) свои дубли. Дубли дело, конечно, хорошее, но… дубли есть дубли, и они не я сам! Поэтому, чтобы невольно не начать «продолжительно моргать», как в том анекдоте, я или смотрел телевизор или писал что-нибудь или играл, чтобы держать себя в активном состоянии. И уже утром или ещё ранним утром, когда просто глаза начинали закрываться сами собой, и я начинал вырубаться прямо за компьютером, я шёл спать. Несмотря на отсутствие звонков утром по субботам и воскресеньям, я просыпался в обычное для себя время, но сообразив, что за день стоит на дворе, продолжал себе валяться, сколько душе будет угодно, периодически проваливаясь в глубокий сон.

 

Суббота, 13 ноября, ничем особенным от других суббот и воскресений не отличалась. Когда я для себя окончательно решил, что хватит «валять дурака» и пора окончательно и бесповоротно просыпаться, была уже середина дня. Одевшись, умывшись и побрившись, я стал ждать звонков от Светланы. Около трёх часов дня я позвонил ей в первый раз по Скайпу и по домашнему телефону, но никто мне не ответил. Я встал с ноющей болью в сердце и мне подумалось, а как там у Светланы? Но сам себя успокоил, так как у нас с ней была договорённость о том, что при малейшей опасности она звонит мне.

 

Так как несколько раз я звонил на её мобильный телефон, когда она только-только засыпала, и ей после этого было трудно заснуть вновь, то у нас с ней был такой договор. Если кто-нибудь из нас не спит, то я ей звоню или по Скайпу или по домашнему телефону, которые у неё находились на нижнем, нулевом этаже, как это принято называть у французов, и она мне сразу ответит или по Скайпу или по телефону. Последний раз в ночь с пятницы на субботы я звонил ей по Скайпу около 6-ти часов утра. Светлана, видно, увидев мой звонок в такое время, решила меня не тревожить, пожалела меня, зная, что уже многие ночи я очень мало спал, а днём у меня почти не получалось «поморгать продолжительно» хотя бы часик.

 

Лучше бы она меня в этот день не жалела! Тогда она могла бы остаться бы в живых. Я бы провёл очередную перестройку и… даже это звуковое оружие на сверхнизких частотах, с романтичным названием «Музыка в камне», не смогло бы её достать. Но тогда я даже не знал, что такое оружие существует. Но не буду забегать вперёд, хотя этот трагический день складывался вообще как-то нелепо… Нелепо и странно, чего ранее никогда не случалось…

 

Этот человек, точнее его сущность, стал для Светланы новой отправной точкой её поисков понимания самой себя и… стал отправной точкой к тому, что с ней случилось в нашем Замке 13 ноября 2010 года – подлому убийству. Случайно или нет, но её убийство произошло именно 13-го числа и в субботу!..

 

Встречи с сущностью умирающего физика-ядерщика показали Светлане новую грань её способностей, которые засверкали всеми цветами радуги чистейшего бриллианта. Светлана уже была уверена, что её болезнь навсегда поставила точку над тем, что было у неё в детстве. Её собеседник во время их бесед говорил ей о том, какими же он и все остальные учёные были слепыми, что не увидели истины, которая лежала на виду, у всех на глазах.

 

Конечно, найдутся «доброжелатели», которые с ухмылкой скажут, что от непрерывной сильнейшей головной боли ещё и не то померещится! Но… в очередной раз «пролетят, как фанера над Парижем»! Светлана потом выяснила, что действительно в тот день умер этот человек, и что он был тем, кем ей представился во время бесед, когда он встречался на уровне сущности. Но самое главное в этом то, что стресс, вызванный сильнейшими головными болями, вывел Светлану на принципиально другой уровень взаимодействия с иными уровнями реальности, когда ей уже не нужно было покидать своё физическое тело, как это было у неё в детстве, и о чём она красочно и полно писала в своей автобиографии, которая навсегда останется незаконченной.

 

Многие даже не представляют себе, насколько стеснительная и скромная Светлана (я сознательно пишу о ней в настоящем времени, так как погибла только часть её – её физическое тело, которое для меня, тем не менее, было безмерно дорогим). Мне стоило больших усилий убедить её сесть за написание её автобиографии, которую она назвала «Откровение». Она неоднократно меня спрашивала о том, а будет ли это кому-нибудь интересным?

 

Потом, как маленький ребёнок, она радовалась каждому отзыву читателей на написанные ею главы. Во всём этом без(с)пределе, происходящем вокруг нас, тёплые слова читателей согревали её душу, и как живое пламя свечи разгоняли сгустившийся мрак и освещали маленький островок, где она могла дышать свободно, и у Светланы вновь возникало желание писать, несмотря ни на что...

 

Встреча с сущностью этого человека наяву послужила для Светланы новым толчком к познанию самой себя и своих возможностей. Она очень хотела понять и разобраться, что с ней происходит и научиться управлять всеми своими способностями. И она… отправилась в Москву на поиски ответов на все эти вопросы. Она приехала в Москву, как тележурналист европейского телеканала «Антенна», его польского отделения. И приехала она в Москву практически одновременно со мной – в конце весны 1988 года. Нас отделяло друг от друга ещё долгих три года! Вполне возможно, мы бывали в одних местах, у нас, как выяснилось позже, были общие знакомые, но… только во второй половине апреля 1991 года наши пути сошлись, чтобы уже никогда не разойтись… И неважно, что враги создавали ситуации, в результате которых мы оказывались разделёнными многими границами, морями-океанами, эти препятствия не могли нас разлучить.

 

С каждым днём, с каждым месяцем, наши чувства и привязанность друг к другу становились сильнее и сильнее. Врагам не дано понять, почему никакие расстояния, никакие проблемы, которые они создавали, не могли не только разлучить наши души, а наоборот, всё наши чувства друг к другу становились от этого только сильнее и крепче. Они всё мерили со своей колокольни. У них самих всё существовало на животном уровне. Если у самца нет рядом самки – он начинает искать ей замену, а порой и не одну. Или, если у самки нет самца, то она обязательно найдёт ему замену. Они даже не понимали, что мужчина и женщина – это не самец и самка, они не понимали, что даже у животных, есть чувства, а не только инстинкты! Своим сознанием животного (даже не разумного животного) они не понимали того, что мы давным-давно прошли фазу разумного животного и давно уже идём по эволюционной лестнице собственно человека и что у собственно человека, как я называю эту фазу развития, животное начало играет далеко не первую роль…

 

Как много я теперь не узнаю о Светлане того, что было с ней до встречи со мной. Конечно, можно многое просканировать, но… сканируется только то, что ты хочешь просканировать… Сканирование можно сравнить с реакцией человека на неожиданный звук сзади. Услышав звук, человек поворачивает голову в сторону источника и своими глазами видит, что или кто издал звук… А то, что всё-таки можно вытащить – всё равно уже будет моё восприятие тех или иных событий, а её удивительное восприятие мира навсегда ушло вместе с ней… По крайней мере, Светлана не сможет поведать обо всём своим мелодичным и нежным голосом, не напишет строки, которые, в буквальном смысле этого слова, оживают перед глазами читающего… и многое, многое другое уже не случится из-за подлого убийства из-за угла. Её убили, даже не показав своего лица, так убивают не воины, так убивают выродки, в которых нет ничего человеческого…

 

В субботу 13 ноября я звонил Светлане шесть-семь раз по домашнему телефону, и, каждый раз оставлял ей сообщение, которое с каждым разом становилось всё более и более взволнованным. Звонил и по Скайпу, а после 6-ти вечера по московскому времени стал звонить и по её мобильному – от Светланы не было никакого ответа. Меня это волновало всё больше и больше. Я уже настроился на сканирование и получил успокаивающий результат. Светлана крепко спала. Это меня успокоило. Я подождал ещё некоторое время и вновь просканировал, Светлана продолжала спать, и, когда я на неё настроился, она попросила меня: «Помоги мне проснуться!»… Я сделал, что просила Светлана, и стал ждать, когда она придёт в своё нормальное состояние после сна.

 

Обычно ей требовалось полчаса, чтобы окончательно проснуться. Сразу после пробуждения она ещё всегда находилась в полусне, делала всё что нужно, даже отвечала на вопросы, но… потом ничего не помнила из всего этого. Только полностью проснувшись, она была готова к взаимодействию с окружающим миром. Я подождал ещё некоторое время и начал звонить по всем телефонам и Скайпу. И стал ожидать ответного звонка. У меня было чувство беспокойства, но сканирование говорило, что Светлана жива, и это меня немного успокаивало. В девять часов вечера по Московскому времени, я даже начал смотреть фильм «Золото дураков», чтобы хоть немного снять волнение. Где-то в 9:35-9:40 у меня в голове как будто что-то взорвалось. Я тут же настроился на Светлану, и получил шокирующую для себя информацию: «Светлана мертва». Раньше мне подсовывали подобную информацию, но я всегда сканировал снова, более глубоко и основательно и всегда находил Светлану живой. Такое пытались проделать со мной многократно, но… не имели успеха. В этот раз я не увидел подвоха, что меня очень сильно расстроило. Я уже начал волноваться в серьёз. Вновь стал звонить по всем телефонам и… снова ничего.

 

Моё волнение начало возрастать. Относительно недавно, я на всякий случай взял у Светланы номер мобильного телефона нашей горничной – Фредерик. И, несмотря на праздничные дни, решился ей позвонить. Она не взяла телефон, и я оставил ей сообщение о том, что я был бы признателен ей, если бы она поехала в наш Замок и проверила, как там Светлана. В 22 часа 11 минут по московскому времени я услышал звонок по Скайпу. Я в волнении вскочил в свой рабочий кабинет и с радостью увидел, что мне звонит по Скайпу Светлана. Я чертыхнулся про себя, пеняя себе за то, что поддался панике, и нажал кнопку «Видеозвонок»…

 

В Москве Светлана развернула активную деятельность, как тележурналист. Примером этому служит то, что она смогла добиться того, что считалось невозможным. Ей было поручено снять материал о русской православной церкви (правильнее – русской ортодоксальной церкви). Она добилась встречи с Алексием II, и патриарх, увидев её первый раз, сказал ей: « …непростая ты женщина, Светлая-ясная». Они очень быстро подружились, и он дал ей все прямые телефоны и сказал ей, что она может звонить ему в любое время дня и ночи. Они очень часто встречались и много беседовали на разные темы. Когда убили Александра Меня, Алексий II позвонил ей первой с этой печальной новостью. Он знакомил Светлану со старцем Сергием, который, по мнению Светланы, скорей всего был волхвом и носителем старых знаний…

 

Именно благодаря таким тёплым и хорошим отношениям, Алексий II разрешил съёмочной группе, с которой работала Светлана, снять на камеру патриаршие покои и алтарь в Сергиевом Посаде. До этого никому и никогда это не позволялось делать. На европейские экраны вскоре вышел документальный фильм, который получил многие награды, но… имени Светланы даже не было в списке его создателей. Хотя фильм снимался под режиссурой именно Светланы, а её начальница в это время находилась в Варшаве. Но в Польше, видно, посчитали, что ей достаточно и того, что платили зарплату, а славу решили полностью оставить себе…

 

Светлана была творцом, но она никогда не выпячивала сделанное ею, никогда не вырывала «кусок из глотки» другого, даже если этот кусок был её. Она не была хищницей, она была воином, но никогда не добивалась чего-нибудь для себя. Ей было обидно, но… она никому не хотела создавать проблемы, всегда надеялась на то, что человек поступит по чести и совести. Только, к великому сожалению, очень мало кто поступал по чести и совести.

 

Снимала Светлана в Москве и, так называемых, «чудиков» для польского телевидения. Ею были созданы материалы о Павле Глоба, Тарасове, Кашпировском и многих, многих других. Особенно много ей пришлось работать с Анатолием Кашпировским. Сначала, Светлана была уверена, что этот человек несёт людям добро. Он и ей обещал помочь избавиться от постоянных головных болей, которые никуда не исчезли. И вскоре наступило разочарование в этом человеке, который людей не любил и для которого люди были только инструментом, посредством которого он сможет достичь желаемого. Она мне с разочарованием рассказывала о том, что Анатолий Кашпировский приказывал выбрасывать в мусор все письма с отрицательными результатами, а таких писем было очень много, и эти письма выбрасывались мешками. Последней каплей для неё послужил случай, который случился во время его выступления. Одному пожилому человеку во время сеанса стало очень плохо с сердцем, Анатолий Кашпировский ничего не сделал, чтобы помочь ему. А после выступления он ещё и прокомментировал, что, мол, хорошо, что старый дурак не загнулся во время его выступления… Думаю, комментарии излишни…

 

После этого случая, Светлана отказалась что-либо делать для этого человека. Но он ещё долго не оставлял её, звонил ей, угрожал и ей, и её сыну о котором он знал… Короче, вёл себя, как истинный «джентльмен», правда из категории тех джентльменов, которые настаивают, чтобы дама вышла на ЭТОЙ остановке, когда ей нужно выходить на следующей… Он несколько раз звонил и уже когда мы были вместе, угрожал ей ещё и тем, что она очень пожалеет о том, что отказывается работать с ним, и говорил, что он сделает её головную боль невыносимой, если она не подчинится ему… говорил и делал, и мне приходилось убирать ещё и его «благодарность» Светлане за всё то хорошее, что она для него сделала…

 

Попала Светлана и в поле зрения чёрных масонов СССР. Некто Лев Орлов, в 80-90 гг. имел большое влияние в СССР. У него дома постоянно крутились министры и другие крупные чиновники, которые перед ним пресмыкались. Он часто говорил Светлане, что он и такие, как он, на самом деле правят страной, а все эти чиновники – просто холуи. Светлана мне часто рассказывала о том, что Лев Орлов часто приглашал её на выступления артистов оригинального жанра, которые демонстрировали публике свои телепатические и другие паранормальные возможности, и просил её мешать им. И многим мессингам приходилось весьма туго, так как Светлана создавала им серьёзные проблемы во время выступления. Это всё очень радовало Льва Орлова и растаивало Светлану. Конечно, ей было приятно и интересно проверить свои силы и возможности, но… ей вскоре становилось жалко выступающих, которые пыхтели и краснели на сцене, не понимая в чём собственно дело, и она переставала мешать. Лев Орлов знакомил её со многими людьми и, видно, имел большие планы на неё, но наша встреча с ней разрушила все его коварные замыслы. И когда он понял, что Светлана полностью потеряна для его целей, начал ей пакостить по мелочам. Он уничтожил её заграничный паспорт, который хранился в МИДе. Когда Светлана пришла туда забрать его, ей сказали, что её паспорт аннулирован. Светлана очень беспокоилась о том, чтобы он не навредил чем-то ей и мне, так как она отказалась познакомить его со мной, хотя он очень был заинтересован и спрашивал её несколько раз об этом. У меня не возникло желания встречаться с этим человеком, и она только поддержала меня в этом…

 

Я радостно нажал кнопку «Видеозвонок» на Скайпе, но вместо голоса Светланы услышал взволнованный голос Фредерик. Она никак не могла включить от волнения видео и сразу забыла многие английские слова. Я с замиранием в сердце спросил её – нашла ли она Светлану, на что она ответила утвердительно и сказала мне, что Светлана лежит лицом вниз в офисе, рядом с компьютером. Фредерик была в шоке. Я выключил Скайп и перезвонил по нему сам. На этот раз я увидел лицо Фредерик, оно было испуганным и растерянным. Я ещё раз спросил её, где Светлана, и она вновь ответила мне, что она нашла Светлану, лежащей на ковре в офисе лицом вниз и направила камеру Скайпа на неё. От растерянности Фредерик не сообразила включить большой свет, и всё вокруг освещалось весьма слабо одной настольной лампой. В тусклом свете этой лампы я увидел лежащую лицом вниз на ковре Светлану. Глаза не хотели верить в реальность происходящего, но камера не иллюзионист и не может создать иллюзию…

 

Я попросил Фредерик немедленно перевернуть Светлану лицом вверх и попросил проверить тёплая ли её рука, левая рука Светланы была расслаблена и ещё тёплой. Правая рука Светланы была сжата в кулачок. Я попросил Фредерик проверить есть ли у Светланы пульс и дыхание. Я ещё надеялся, что Светлана находится без сознания, такое уже не раз бывало раньше. Когда её били раньше, бывало, что она находилась без сознания по несколько часов, пульс почти не прощупывался, и дыхание было очень слабым. Несколько минут Фредерик не могла от волнения понять, что я от неё хочу. Наконец, она поняла и ответила отрицательно. Исчезла последняя надежда на то, что я ошибся, и что Светлана жива. Фредерик развернула камеру, и я увидел Светлану, её лицо, как она лежит, сжавшись от боли, как маленькая девочка, сжимая кулачки, даже в последний момент своей жизни она продолжала бороться. Я понял, что Светлана действительно мертва, и что её смерть наступила, когда я услышал в своей голове «Светлана мертва»… Я начал с ней сразу работать, понимая, что её сердце просто взорвано изнутри… Я пытался вырастить новые ткани, но кровь уже не двигалась по её сосудам…

 

Когда взорвалось от удара оружия сердце, её кровь под давлением из левого желудочка сердца хлынула в перикардную сумку и быстро её заполнила, намертво сжимая сердце Светланы. И даже если бы мне и удалось бы полностью зарастить разрыв сердечной мышцы, давление вытекшей крови не позволило бы сердцу запуститься вновь. Враги учли даже такие нюансы, зная, что ранее я спасал её от гибели многократно, и они не хотели, чтобы я смог сделать это и в этот раз. В такой ситуации необходимо было немедленно откачать кровь, сдавливающую сердце. Я, продолжая работать со Светланой, попросил Фредерик позвонить в скорую, надеясь, что они смогут освободить её сердце от давления крови. Фредерик ушла встречать у ворот скорую помощь, а я продолжал работать со Светланой…

 

Скорая приехала минут через пятнадцать … они проверили пульс, дыхание и… ничего не делали, несмотря на то, что тело было тёплым и не было даже признаков окоченения, которые уже должны были наблюдаться. С медицинской точки зрения они были правы… дело в том, что освободить сердце от давления крови в такой ситуации первая необходимость, но… это надо делать в первые несколько минут после случившегося… Но врачи скорой ничего не делали, через камеру Скайпа я наблюдал за происходящим и продолжал работать, уже не рассчитывая на помощь врачей… Я смотрел на лежащее ничком тело Светланы, оно было так близко, казалось, протяни руку и ты его коснёшься, но… между нами были тысячи километров… я всё смотрел… и смотрел на Светлану, и продолжал работать несмотря ни на что. Я всё ещё надеялся, что мне удастся что-нибудь придумать. Но для того, чтобы сделать что-нибудь радикальное, мне нужна была помощь Светланы, а Светлана в данной ситуации мне помочь не могла… Радикальные меры требуют ювелирной работы, малейший упущенный нюанс грозит катастрофическими последствиями в планетарном масштабе… В этот момент со мною рядом не было никого, кто бы смог заменить Светлану даже временно…

 

Один из врачей скорой помощи заметил включённую камеру и повернул её в сторону от Светланы. Перед тем, как это произошло, я наблюдал, как они, где-то минут через сорок, после своего приезда сделали Светлане кардиограмму, которая показала прямую линию. Мне было немного странно, что они это сделали не сразу, но… прямая линия, скорее всего, им была нужна для отчёта… Когда камера стала показывать мне тёмный угол комнаты, я выключил Скайп и продолжал работать и работать со Светланой… уже не видя её. Я обращался телепатически к нашим общим друзьям, как на Мидгард-Земле, так и за её пределами с просьбой сделать что-нибудь, ведь Светлана дорога и важна не только мне, если я не имею права вернуть её, то они на это право имеют!.. Я предлагал себя вместо неё, если нужно чтобы кто-то из нас умер… но слышал в ответ только одно: «ты должен пройти через это…»

 

Ну почему я должен пройти через это? Разве мало испытаний мы прошли вместе со Светланой, пройдя через немыслимое для большинства людей? Ведь мы служили и служим людям, истине, несмотря на то, что за все наши хорошие дела мы ничего кроме проблем и попыток нашего физического устранения не получали! Мы всё делали не ради славы или наград, об очень многом сделанном нами ради других люди никогда так и не узнают! Мы всё делали ради справедливости, потому что не могли иначе, не могли пройти мимо лжи и клеветы, прекрасно понимая, что после того, как мы сорвём очередной план чёрных, на нас обрушится шквал ударов, как с других уровней, так и на физическом.

 

Мы отказались от личного счастья ради того, чтобы сделать счастливыми других, других, которые даже и не подозревали и не подозревают, что мы со Светланой делали, и будем продолжать делать, чтобы рождались на земле здоровые и счастливые дети. Конечно, ещё многое предстоит сделать, но… теперь Светлана уже не сможет быть рядом со мной на физическом уровне, я не смогу обнять её за плечи, заглянуть в её чистые, лучистые глаза, она не сможет залезть мне подмышку, как часто шутила Светлана, особенно последнее время «…хочу к тебе подмышку…». Она как птенец, хотела хоть на время спрятаться от всех подлостей и пакостей, под моей подмышкой, почувствовать себя защищённой…

 

Светлана мне рассказывала, что когда на летние каникулы она взяла своего сына Роберта в Москву, он, услышав её рассказы о разных её чудесах, попросил её ему что-нибудь продемонстрировать. Они в тот момент ехали в метро и Роберт спросил её: «…мама, а ты можешь остановить поезд метро?» Светлана, с задором маленького, немного шкодливого ребёнка ответила: «…давай попробуем!..» и через минуту поезд остановился, всё погрузилось в темноту. Светлана сама испугалась такой реакции. Поезд простоял на месте довольно долго, пока не восстановили подачу электричества. Это был первый и последний раз, когда Светлана применила свои способности, не подумав о последствиях…

 

У неё ещё несколько раз были спонтанные проявления способностей, которые проявлялись сами по себе. Особенно многое стало происходить с ней после нашего с ней знакомства в апреле 1991 года. Когда я провёл её перестройку мозга и стал работать с её хроническим менингитом, постепенно исчезали не только боли, но и мозг, освобождаемый от долгого плена окружающего гноя, начал, как сжатая пружина, «разворачиваться» и выдавать на гора всякие неожиданности.

 

Конечно, Светлана всё это описала бы со свойственной ей красочностью очевидца, но я пытаюсь передать всё как я могу и как я помню, и моё описание никогда не сможет приблизиться к её восприятию хотя бы потому, что мы видели и видим мир по-разному. Но, к сожалению, она сама уже не сможет написать о том, что и как она чувствовала, как это она сделала в первом томе под названием «Детство» своей книги «Откровение»…

 

После того, как её мозг стал очищаться от гноя и от огромной гематомы в зоне так называемого родничка, она однажды пришла ко мне на встречу и обратилась за помощью. Когда она шла по своей любимой улице Москвы – по Старому Арбату, в её голове неожиданно заговорили все люди, которые шли по этой улице. Началась самая настоящая какофония чужих мыслей, которые, не спрашивая разрешения, врывались в её сознание… Она постаралась побыстрее выбраться из этой толпы и, созвонившись со мной, приехала ко мне. Я поработал с ней и добился того, что она могла уже по своему собственному желанию принимать телепатическую информацию.

 

Позже, мы довольно часто смотрели американский фильм «Сканеры» и для Светланы был особенно понятен и близок сюжет этого фильма, в котором главный герой на вокзале неожиданно начинает слышать голоса людей в своей голове, и как этих голосов становилось всё больше и больше, пока они не начинали сводить человека с ума. Светлана всё это испытала на себе, и для неё было особенно удивительно, что в этом фильме режиссёр смог передать практически всё правильно. Это могло быть только в одном случае – если у него был источник достоверной информации обо всём этом. Большинство людей, смотревших этот фильм, даже и не подозревали о том, что события, переданные в этом фильме, не являются чьей-то фантазией, а самая что ни на есть правда.

 

Конечно, в реальности от действий сканера у человека не взрывается голова, как кочан капусты, в который выстрелили зарядом дроби, конечно же нет! От действия сканера-убийцы у человека взрываются и лопаются сосуды мозга, что приводит к инсульту и быстрой смерти. Только при этом череп человека остаётся целым и невредимым. В этом фильме режиссёр нашёл весьма выразительный способ показать гибель человека от разрыва сосудов мозга, не изменив в принципе суть происходящего. Просто взрывающаяся голова более наглядна, чем показать, как человек, дёрнувшись на месте, падает замертво. Ведь камера не может показать, что же на самом деле происходит внутри черепной коробки, только и всего…

 

По мере того, как я работал со Светланой, её мозг, долгое время угнетённый последствиями менингита в тяжёлой форме, освобождался от блоков, которые сдерживали природные способности Светланы и не давали им развернуться в полную силу. Именно такое быстрое освобождение от блоков и привело к лавинному восприятию телепатической информации. Её мозг пытался самостоятельно прорваться сквозь пелену последствия болезни и когда получил неожиданную помощь, рванул вперёд со всем накопленным потенциалом. Как жаль, что Светлана не сможет сама обо всём этом рассказать…

 

Вообще, Светлана с самого первого дня нашего знакомства как губка впитывала информацию, которую я ей давал. Мы засиживались до глубокой ночи за чаем, а она всё спрашивала, спрашивала, спрашивала… Она была в этот момент похожа на странника в пустыне, который долгое время провёл без воды и… вот, наконец, вышел к оазису с чистой и холодной водой… и, кинувшись к воде, был не в состоянии оторваться. Только в случае со Светланой, она не могла напиться от источника знаний, каким для неё оказался я. Она ещё очень удивлялась вначале, почему об этом нигде не говорят и не пишут… и ей было непонятно, почему ответы на вопросы, которые её волновали с детства, существуют, а найти их нигде нельзя, только в личной беседе со мной?!

 

Она рассказывала мне о том, сколько разных книг она прочитала, со сколькими людьми ей пришлось столкнуться на своём жизненном пути в поисках ответов на вопросы, и вот, только благодаря случайной встрече в гостинице «Киевская» с журналисткой из Донецка по имени Валентина, она встретилась со мной… А потом, поздно ночью, когда уже не ходили электрички, я садился за руль своего Мерседеса и отвозил Светлану к её гостинице по практически пустой Москве. В то время я жил на квартире своей тёти по материнской линии в Бутово и вырулив на Варшавское шоссе на большой скорости, с ветерком доставлял Светлану…

 

И так повторялось почти каждый день, до моей первой поездки в Архангельск, в конце июня, начале июля 1991 года… Светлана очень хотела поехать со мной в Архангельск, но не решилась меня попросить об этом, а мне было неловко ей предложить, так как я не хотел, чтобы она меня неправильно поняла… Это было первое наше расставание после нашей встречи. О том, что она хотела бы со мной поехать, я узнал, когда вернувшись, стал ей рассказывать о том, что и как у меня было на моих первых гастролях в городе Архангельске…

 

Я рассказывал Светлане о том, как мне от выступления к выступлению пришлось создать оптимальный вариант взаимодействия со всеми категориями моих зрителей – от простых зевак, до людей, которые пришли на мои выступления, чтобы узнать что-нибудь новое, понять происходящее…

 

К сожалению, мои просьбы остались без ответа. Фразу «ты должен пройти через это» воспринимал разум, но сердце принимать не хотело. Когда подобная ситуация случалась с другими, я сам принимал решение о восстановлении человека, и то не каждого, а только тех, кто имел ключевое значение для Мидгард-земли и не только. Других погибших соратников, как бы мне и ни было больно, восстанавливать было нельзя, так как нельзя по своему усмотрению и желанию возвращать людей к жизни. Ведь тогда практически каждый человек, кто потерял близкого и дорогого человека, имел бы полное моральное право требовать, чтобы вернули к жизни любимого мужа, жену, ребёнка, мать, отца, брата, сестру, друга. И были бы абсолютно правы – ведь они любили ушедших по-своему не меньше, чем я или кто-нибудь другой. И я не имел бы никакого права отказать им в этом! Думаю, не нужно объяснять, к каким последствиям это бы привело! Именно поэтому, когда мне не удалось вернуть Светлану к жизни сразу после убийства, я обратился к своим друзьям, чтобы они приняли решение, ведь я не мог быть уверенным в своём непредвзятом отношении к случившемуся в такой ситуации. И это как раз-то понятно! Я всё же в глубине души надеялся, что мои друзья примут положительное решение, которое наполнило бы меня безмерной радостью, но… я услышал в ответ только одно: «…ты должен пройти через это…»! Всё моё существо бунтовало против такого, я не мог и не могу понять причины такого решения, ведь то, что делала и, самое главное, что ещё не сделала Светлана нужно не только мне! Всё это нужно людям, чтобы они встали с колен и почувствовали себя людьми, а не быдлом, как их за глаза, а порой и в глаза называют паразиты!

 

Ведь то, что Светлана делала и ещё не успела сделать, нужно было России, которую она любила безмерно! Она нужна для того, чтобы восстановить правду о Великом прошлом, правду о народе, который дал многим столь много, что не хватит времени и места перечислить даже наиболее важные деяния. О народе, который последнюю тысячу лет усиленно пытаются уничтожить физически, уничтожить Великое Прошлое, Великую Культуру, Великий Язык и его Великую Душу, которую не могут до сих пор понять остальные! Это не значит, что я пишу эти строки в полном заблуждении, создаю иллюзию того, чего никогда не было, и нет, как скажут некоторые, которые почему-то все оказываются из стана паразитов!

 

Я прекрасно знаю, что и среди русского народа достаточно и предателей, и негодяев, и подонков! Но таких людей относительное меньшинство. И их было бы гораздо меньше, если бы ещё молодые, незрелые души не разлагало бы мировоззрение паразитов в течение последней тысячи лет. В своей первой и… ставшей последней книге Светлана уже много показала людям правды, правды, которую тщательно скрывали от людей паразиты, чтобы сохранить свою власть, которую они захватили незаконно, путём обмана, предательств, лжесвидетельств и т.д. и т.п. Благодаря своему дару, который многие пытались угробить (но у них так ничего и не вышло), Светлана показала людям РЕАЛЬНУЮ ЖИЗНЬ, ЛЮБОВЬ И ВЕРНОСТЬ ДОЛГУ РАДОМИРА И МАГДОЛИНЫ! Имена-то у них какие?!

 

Для русского человека они несут столько информации, только надо немного задуматься и постараться вникнуть в смысл слов. Но русскому прошлому, культуре, русскому языку нас учат все, кому не лень, только не мы сами – немцы, иудеи, грузины… а мы, коренной народ своей страны, своей земли, которая густо полита кровью наших предков, как рабы всё это смиренно принимаем. Нам уже ставят в укор то, что мы смеем называть себя русскими, русами! Нам уже так извратили язык «правилами», что мы стали не понимать смысл слов родного языка! К нам наши же слова возвращаются в искажённом виде, и мы не понимаем их смысла. Иисус Христос из Назарета – под таким именем все знают Радомира, не подозревая даже того, что ни одно, ни другое не имеют к нему никакого отношения.

 

Христос на новогреческом означает «мессия». Это даже не имя! А сам он не из Назарета, а был рождён НА ЗАРЕ! Для любого другого языка – слово На-заре-(т) ничего не скажет, только русу эти два слова, слившиеся в одно, предельно понятны, приобретают вполне конкретное значение. Надо только вслушаться в родной язык, попытаться осмыслить произносимые бездумно слова. Но миллионы русов не задумались, не обратили внимание, а сделала это Светлана! Она же обратила! Светлана же открыла и настоящее имя этого человека – Радомир – Радость Мира! Русское, славянское имя, именно поэтому его так старательно «забыли»! С Марией Магдалиной поступили иначе, её саму превратили в проститутку, хотя она никогда ею не была, а была верной женой и сподвижником Радомира.

 

А её имя, точнее прозвище, они не тронули, скорей всего не понимая, что за ним стоит или, посчитав, что люди сами никогда ничего не поймут! И действительно, для людей других национальностей, слово Магдалина ничего не говорит. Мало ли какие имена, фамилии, прозвища бывают у людей! Только для руса это слово может ожить, и то только тогда, когда рус начнёт задумываться над смыслом и значением родных слов. Большинство русов слово Магдалина не воспринимали, как родное, оказавшись в плену псевдорелигии, которую нам навязали тысячу лет тому назад. А зря! Хотя бы иногда неплохо было бы сбрасывать со своих глаз чужеродный дурман и тогда… чужое слово Магдалина превратится в понятные даже малому дитяти слова МАГ-ДОЛИНЫ(А)!

 

Маг из долины, другими словами, Мария Магдалина была родом из Долины Магов, которая и сейчас находится на юге Франции, куда Светлана ездила два последних лета, лазила среди скал по развалинам крепостей катар или альбигойцев, спускалась в карстовые пещеры, в которых спасались последние последователи реального учения Радомира, которое сохранила и донесла до людей его любимая жена и соратник Мария Магдолина. Светлана проходила в темноте по этим пещерам, освещая себе дорогу фонариком, рискуя провалиться в трещины километровой глубины, которые то и дело разрывали узкую тропинку.

 

Она была на месте, где похоронена и сама Мария Магдалина и их младшая с Радомиром дочь, которую убил вместе с матерью без(с)жалостный убийца, у которого не дрогнула рука, чтобы убить без(с)защитного ребёнка, на глазах которого, он сначала убил её мать. Обо всём этом и написала Светлана в своей удивительной книге, а сколько она ещё не успела поведать людям?! И всё это и многое-многое другое сотворила Светлана…

 

Когда ещё в субботу 13-го я сообщил некоторым друзьям о случившемся, мне в воскресенье потом перезванивали и говорили, что Светлана в порядке, что она жива и не стоит нервничать… Я, конечно, понимаю, что люди, говорившие всё это, искренне желали помочь, что у них были самые лучшие побуждения, но у меня была и горькая досада на то, что они, будучи уверенными в своей правоте, на самом деле были от неё далеки. Я делал всё что мог, но по указанным выше причинам не мог обратно запустить её сердце из-за сдавливания оного кровью, заполнившей перикардную сумку. Мне не хватило малого, чтобы кто-то высвободил её сердце от давления крови… но этого никто не сделал. Невозможность сделать простейшую процедуру – механически откачать кровь из перикарда – привела к непоправимому – мне не удалось вернуть Светлану!

 

Именно точность и объективность информации, которую получала Светлана, отличали её практически ото всех остальных ясновидящих, экстрасенсов, которые в лучшем случае видят и слышат то, что им хочется видеть и слышать! Как бы я хотел, чтобы эти люди оказались правы! Что Светлана действительно жива, но… даже когда я уже не мог её видеть, я видел, что её тело лишено жизни… и мне от этого было невыносимо больно, но это была ПРАВДА, а не сладкая ложь!..

 

Неужели, причина, по которой наши друзья не восстановили Светлану заключалась в том, чтобы провести меня через самый тяжёлый для меня тест: откажусь я или не откажусь от дела своей жизни, от дела, которому и Светлана посвятила свою жизнь – борьбе с паразитами разных мастей и уровней, как на Мидгард-Земле, так и далеко за её пределами?!

 

Если бы мне сейчас чёрные предложили вернуть к жизни Светлану в обмен на отказ от того, чему мы посвятили свои жизни, я бы, несмотря на то, что больше всего на свете хотел бы её видеть живой, слышать её удивительный голос, любоваться её бездонными глазами и улыбкой, от которой сразу становилось теплее и светлее на душе, как если бы из-за тучи выглянуло бы Солнышко, несмотря на всё это, я бы отказался, хотя бы в этом момент моё сердце обливалось бы кровью… Даже ради того, чтобы вновь увидеть её рядом со мной, я не смог бы и никогда не смогу предать то, чему посвятил свою жизнь и за что Светлана отдала свою жизнь, вернеё у неё подло её отобрали. И это не красивые слова – это моя жизненная позиция. И мне всё равно, что кто-нибудь об этом скажет, и мне всё равно, какие аргументы мне будут приводить по этому поводу…

 

В ночь с субботы на воскресенье я не мог спать. Душа болела невыносимо, и я сел за свой компьютер и стал писать строки, посвящённые Светлане. И когда я закончил последнюю строчку, душа продолжала болеть всё так же. О сне не могло быть и речи, и я начал писать послесловие к книге Светланы, чтобы люди больше узнали о том, какой была и есть Светлана, и только уже утром впал на короткое время в забытье, чтобы вскоре вновь из него вынырнуть в свою боль…

 

В воскресенье я обратился к друзьям, чтобы найти возможность быстро получить визу во Францию. И, несмотря на выходной, люди откликнулись… Вообще, для нанесения последнего удара враги выбрали самое удобное для этого время. Со среды до самого своего убийства Светлана находилась в Замке совершенно одна. Дело в том, что 11-14 ноября во Франции были какие-то праздники, и наша горничная Фредерик со своей семьёй навещала своих родных и со второй половины вторника Светлана оставалась совсем одна с нашими собаками – Рамзесом и Кори. Так что эти подонки выбрали время, когда с ней никого рядом не будет.

 

Несколько раньше, в конце сентября её «лучшая подруга» Эмма её предала, оставив Светлану без возможности свободно перемещаться и держать связь с окружающим миром, так как Эмма работала для Светланы как секретарь- переводчик. Светлана мне рассказывала, что в субботу они расстались совершенно нормально, я даже прослушал сообщение Эммы на автоответчике, в котором она совершенно нормальным голосом желала ей приятных выходных и подтверждала Светлане, что она будет в Замке, как они и договаривались. А в понедельник утром она уже приехала заведённой и на простой вопрос Светланы о том, почему она не включила свой мобильный телефон в воскресенье, как она просила её сделать на случай крайней необходимости, Эмма ей ответила резко и в грубой форме, повернулась и ушла. Напоследок Светлана сказала ей о том, чтобы она подумала о своём поведении и потом позвонила ей…

 

Светлана так и никогда не дождалась от «подруги» звонка, зато через некоторое время получила от неё официальное письмо, в котором Эмма обвиняла Светлану в создании стресса, в результате чего у неё возникла депрессия и письмо с уведомлением о том, что она вызывает её в суд, который уже назначен на 19 ноября! И при этом всё было оформлено в наихудшем для Светланы виде. Эмма хотела обвинить Светлану в доведении работника до состояния депрессии… Но когда я прослушал на автоответчике последнее сообщение Эммы для Светланы, в её голосе и интонациях не было не только депрессивных ноток, а скорее наоборот, её голос звучал радостно и довольно. Что же такое могло произойти за одно воскресенье, если учесть, что Светлана с ней не обмолвилась даже словечком?!

 

А если Светлана не обмолвилась со своей «лучшей подругой», то кто же тогда «обмолвился» с ней словечком и что такое сказал, а вполне возможно и предложил, что утром в понедельник Эмма, как с цепи сорвалась и стала творить невообразимое? Для Светланы это был сильный удар, такого предательства она от неё не ожидала! Светлана в эти дни говорила мне, что два года назад один из наших садовников начал грязную игру, обвинив Светлану в том, что она создала ему стресс, и он заработал депрессию и хотел, чтобы Светлана пожизненно платила ему пособие, соизмеримое с зарплатой, а если он умрёт, чтобы продолжала платить его жене и детям! Абсурд полнейший, но во Франции весьма странные, с моей точки зрения, законы. Он даже предоставил справку от врача.

 

Только по настоянию своего хорошего знакомого Жерара Шартье, Светлана наняла адвоката, и он пригласил Терри на проверку его диагноза экспертом, который быстро установил, что этот человек всё симулирует! Так вот, даже после такого разрешения ситуации Светлана не стала подавать на этого человека в суд за клевету и попытку провернуть афёру. Ей просто было жалко его детей, потому что она бы стопроцентно выиграла это дело о мошенничестве, и тогда Терри, вместо того, чтобы получить обманом себе безбедную жизнь, потерял бы всё, и его семья оказалась бы на улице. Светлана не смогла пойти на такое, а он спокойно пошёл на заведомый обман. Вопрос только в том, сам ли он сообразил такое или кто-то ему посоветовал такое сделать, а может быть ещё и денег дал!

 

Потом был ещё один аналогичный случай, только ещё с более тяжёлыми последствиями, который «почему-то» нарисовался практически сразу, как только провалился план с Терри. Тогда удалось разоблачить нового проходимца по имени Джордж, который ко всему прочему принадлежал к старинной аристократической польской фамилии, но в котором аристократизма оказалось меньше, чем у дворника.

 

Так вот, Эмма возмущалась непорядочностью этих людей, говорила Светлане о том, как такое вообще человек может делать в ответ на всё хорошее, что для них сделала Светлана…

 

И вот, когда Джордж пролетел со своей афёрой «как фанера над Парижем», вышла в аналогичное «плавание» возмущённая таким непорядочным поведением Эмма! Я не буду детально расписывать афёру Джорджа, но в ней было всё – от подделки подписи Светланы и неоднократно, до финансовых махинаций.

 

Эмма, которую Светлана считала своей близкой подругой, ей нанесла самый предательский удар, и произошло это в начале октября этого года, когда с афёрой Джорджа уже было полностью покончено. Сразу напрашивается вывод: было ли случайностью то, что каждая новая подлость появлась только после того, как предыдущая терпела фиаско?! И ответ напрашивается сам собой – кто-то стоял за спиной этих людей!

 

Конечно, кукловоды использовали слабости этих людей, их жадность, трусость, фальшивость. Но они действовали из года в год, непрерывно создавая нам со Светланой проблемы, с которыми нам волей-неволей приходилось разбираться. Травля нас на всех уровнях началась не вчера и даже не год назад. Она началась ещё в Советском Союзе в 1989 году, сначала только против меня, а потом и против нас вместе. И особенно эта травля усилилась после моего возвращения в Россию, когда мне удалось, несмотря на все препоны, вернуться на Родину. Перед этим нам не давали увидеться в течение ТРЁХ ЛЕТ! Светлана жила во Франции, а я продолжал жить в Сан-Франциско. До этого Светлана получала в иммиграционной службе США разрешение на въезд в США, так как она имела право находиться на территории этой страны до тех пор, пока я имел право работать в США. И когда она была в США последний раз в 2003 году, и пошла получать новое разрешение на въезд в США взамен уже закончившегося, ей отказали, сославшись на то, что мой статус уже аннулирован, хотя это было не так. Я об этом ещё буду писать в своей автобиографии, когда дойду до этого времени, и мне не помешают дописать её, как это произошло со Светланой.

 

Светлана не могла ждать неизвестно чего и вылетела во Францию, не имея на руках документа позволяющего ей вернуться в эту страну. Она была очень расстроена всем этим и боялась, что нам не дадут увидеться друг с другом. Прилетев во Францию, Светлана пошла в американское посольство, чтобы получить визу. Сначала всё шло вроде бы хорошо, она даже оплатила многократную визу на три года, но… на этом её радость и закончилась. Когда она подошла к окошку за получением визы, ей сказали, что, к сожалению, ей не могут выдать визу, так как она имеет статус по моим рабочим делам и… поэтому ей визу выдать не могут. Нам сразу вспомнились советские времена, когда человек, для того чтобы прописаться в другом месте, должен был предоставить справку с работы, а для того чтобы устроиться на работу требовалась справка с места жительства! Так и в этой ситуации – в Америке иммиграционные власти написали в своём отказе в выдачи нового разрешения на въезд в страну, потому что мой статус аннулирован, а в посольстве США в Париже Светлане сказали, что ей не могут выдать визу, так как у меня, а значит и у неё есть статус!

 

И начались долгие три года, когда мы общались со Светланой по телефону. Мы и раньше часто общались с ней по телефону, когда она по своим дизайнерским делам находилась сначала в Беверли Хиллс (Beverly Hills) в Калифорнии, а потом в Париже, а потом и в нашем Замке. Но при телефоном общении мы, тем не менее, очень часто виделись, особенно когда Светлана начинала свою дизайнерскую деятельность в Лос-Анджелесе.

 

С осени 2003 года у нас со Светланой осталось ТОЛЬКО телефонное общение. Светлана очень волновалась, что нам никогда не дадут увидеться, мы оба прекрасно понимали, что нас пытаются разлучить. Но, несмотря на разлуку, мы не только стали ближе друг другу, но и продолжали вместе работать наперекор паразитам. Наша встреча состоялась только через три долгих года, когда я, наконец-то получил новый паспорт и возвратился в Россию. Благодаря помощи друзей, Светлана быстро получила Российскую визу, и я, улетая из Сан-Франциско, взял билет через Париж, а для Светланы взял билет из Парижа до Москвы рядом с собой. И вот, когда я прилетел в Париж и перебрался из сектора, в который прилетел самолёт из Сан-Франциско, в сектор, из которого вылетал самолёт на Москву, увидел взволнованную Светлану. Она, увидев меня издалека, замерла на мгновение и потом, раскинув руки в стороны, как маленькая девочка, побежала мне навстречу…

 

В понедельник утром 15-го ноября выяснилось, что для экстренного получения визы необходимо свидетельство о смерти. Я связался с Фредерик и попросил её взять такое свидетельство, но, как она мне сообщила, согласно французским законам, свидетельство о смерти выдают только после вскрытия, которое назначено на вторник, 16 ноября. Я сообщил об этом друзьям, которые мне помогали с визой и мне сказали, чтобы я предоставил хотя бы телеграмму. Я вновь позвонил Фредерик, и она поехала на почту. На почте ей вновь сказали, что заверенную телеграмму о смерти без свидетельства о смерти они отправить не могут… Короче, только во второй половине понедельника, Фредерик прислала телеграмму от себя самой с сообщением о том, что Светлана мертва… И с этой телеграммой во французском посольстве мне согласились выдать визу для меня и моего друга Александра Фадеева, который предложил поехать со мной, чтобы помочь мне в такое тяжёлое для меня время, за что я ему премного благодарен. Вопрос с визой был принципиально решён, только получить её можно было уже во вторник 16-го ноября. Александр утром отправился во французское посольство и получил многократные визы, которые нам выдали на полгода.

 

Когда наступила ясность с визами, ещё в понедельник Александр спросил меня о том, на какое время и день брать билеты. Он был постоянно на связи со своими знакомыми из туристического агентства, и мне нужно было принимать решение. Вылетать на ночь глядя во вторник я не видел смысла, и поэтому было принято решение вылететь рано утром в среду, 17-го ноября. Выезжать из дому нужно было в полчетвёртого утра, так что и во вторник я тоже не спал, хотя и пытался прилечь. И вот мы уже едем в аэропорт… Регистрацию и границу мы с Александром прошли очень быстро и стали ожидать посадку на самолёт. Самолёт вылетел вовремя, но в полёте нам с Александром не получилось раз(с)слабиться даже на минуту. Мы оба с ним под два метра ростом, а у меня ещё и мои габариты «дюймовочки», и оказавшись в очень узких даже для людей среднего роста креслах экономического класса, нам с ним совершенно некуда было девать свои ноги. Так что четыре часа полёта были для нас своеобразной пыткой – мы почти не могли шевелиться в этих креслах. Но это было не столь важным, я был рад, если можно так сказать в подобной ситуации, что лечу во Францию и смогу увидеть свою Светлану…

 

Каждый раз, стоит мне вспомнить нашу встречу через три года в парижском аэропорту Де Голя, я вижу сияющую Светлану с распростёртыми в стороны руками, которая побежала ко мне навстречу… Такие моменты навсегда врезаются в память и оживают каждый раз, когда о них подумаешь… Эта встреча в аэропорту волею судьбы и врагов, стала ПОСЛЕДНЕЙ нашей встречей, ПОСЛЕДНЕЙ радостью, потому что было и ПОСЛЕДНЕЕ расставание! Расставание, когда я последний раз видел Светлану, как и любое другое наше расставание, всегда было для меня грустным, всегда моё сердце охватывала глубокая печаль, так как при условиях, которые нас окружали, нельзя было быть уверенным в том, что будет новая встреча… Но я никогда не мог даже предположить, что последний раз вижу Светлану своими собственными глазами, последний раз её обнимаю и что я уже никогда не смогу увидеть Светлану живой. Я всегда думал, что, скорее всего, погибну от рук врагов именно я, так как почти всегда серьёзно враги земные били сначала меня, а потом только Светлану. А враги «тамошние» практически всегда били нас одновременно, и мне приходилось находить ключ к очередной пакости на своём собственном опыте, а потом я освобождал и Светлану. Это бывало довольно-таки часто, особенно в последние четыре года, после моего возвращения в Россию. Раньше нас тоже били, и били сильно, но… только после моего возвращения в Россию паразиты просто взбесились. Я в своей автобиографии ещё буду писать о том, на какие уловки шли власти США, чтобы не выпустить меня из страны, но об этом в другое время… И били они нас так, что без решения очередной проблемы и восстановления повреждений, о совместной работе не могло было быть и речи, в первую очередь из-за того, что я не хотел, чтобы Светлана работала на износ, что происходит неизбежно, если работать при серьёзных повреждениях. Били не только с других уровней, организовывали и покушения на чисто земном уровне, в прошлом году, когда Светлана первый раз поехала в Окситанию для своих исследований, связанных с Марией Магдалиной и катарами, друзья меня прямо предупреждали, что и на неё и на меня идёт активная охота. Я усилил защиту Светланы, и тогда всё обошлось, хотя организовать «несчастный» случай в пещерах, в которых полно глубоких трещин и пропастей, было несложно. Практически каждый раз, когда Светлана покидала Замок, я ставил защиту, чтобы «случайно» какой-нибудь грузовик не выехал на встречное движение и т.п. И хочу сразу предупредить, что о готовящихся покушениях спецслужб разных стран мне сообщали и предупреждали соратники именно из этих самых спецслужб. Так что у провокаторов не будет возможности заверещать о том, что я сам придумываю мифические покушения на себя и свою жену, а потом же сам их «героически» преодолеваю!

 

Вообще-то весьма странная логика у этих провокаторов и «правдоискателей»! Когда я говорил и описывал многочисленные попытки устранения сначала меня, а потом и Светланы, они с пеной у рта кричали о том, что это я себе набиваю цену, что устраиваю себе пиар, создаю себе облик героя и т.д. А когда врагам всё-таки удалось подло дотянуться своими грязными лапами до Светланы, тут же завопили о том, что же он ДАЖЕ свою жену защитить не может?! Эти паразиты из любой ситуации вывернутся! И кричат об этом, несмотря на то, что я писал и многократно говорил, что для того, чтобы мне создать защиту – мне необходимо знать, от какого оружия его создавать!

 

Я не мастер придумывать средства уничтожения, мой мозг не работает в этом ключе, но… если я столкнулся с чем-то, то уж найти вариант противостояния оружию мне удавалось всегда, как удалось создать анти-оружие и против инфразвукового оружия, которое считалось абсолютным оружием и против которого не было защиты, оно проникало везде, сквозь воздух, землю, воду, толстые свинцовые плиты. Единственное место, где от него можно было бы спрятаться – в космическом пространстве и то, если отключить все средства связи! Теперь защита против этого оружия есть, и эта защита уже спасла жизнь нескольким людям, но Светлана заплатила своей жизнью за то, чтобы подобное стало возможным. Она, даже погибнув, продолжает спасать жизни другим!

 

Кстати, по поводу защиты! Я для многих участников движения создал защиту на простых носителях, типа колец, кулонов, брелков для ключей. Одним единственным условием действия этой защиты является наличие оных предметов у человека в моменты опасности. За это время люди мне не один раз сообщали о том, что, попав в серьёзные аварии, они сами и все находящиеся рядом с ними не получали даже царапин, даже при лобовом столкновении автомобилей! К сожалению, моя защита не распространялась на людей в других машинах, которые становились участниками этих аварий, и люди в этих машинах погибали… Один человек сообщил мне о том, что в одном из таких случаев лобового столкновения машин, за рулём машины сидел не он сам, имеющий мою защиту, а его сын и, что в машине был ещё один человек и собака, и… ни у кого, даже у собаки, не было даже царапины! А сколько других случаев, когда моя защита работает, но нет такого визуального подтверждения. Несколько раз мне пришлось даже создавать для людей новый защитный прибор, так как даже камни, принимая на себя удар, раскалывались на части, хотя никто и ничем по ним не бил, и что самое интересное, так это то, что раскол камней был идеально ровный, и сам полированный камень оставался неповреждённым, только расколотым на две части…

 

Многие читатели уже успели познакомиться со Светланой, прочитав главы её книги, но она не успела написать ещё очень многого из своей жизни. Она не очень много говорила о себе, всегда была очень скромной, я бы даже сказал чересчур скромной. Она никогда не считала чем-то особенным и важным всё то, что делала сама. А на самом деле, всё обстояло с точностью до наоборот. Иногда мы затрагивали в беседе ту или иную тему, и она, увлекаясь, начинала рассказывать некоторые очень интересные факты из своей собственной жизни… Как жаль, что она это делала не так уж часто. Многие события из её жизни я сам узнал, когда читал главы её книги, она не видела смысла мне рассказывать обо всём этом. Одной из причин этому, конечно, была и наша занятность всеми делами, когда свободного времени практически не оставалось. И Светлана не видела смысла говорить о каких-то своих детских впечатлениях, когда решаются дела масштаба планеты и более, ей казалось, что её собственные дела не стоят внимания. Но, тем не менее, некоторые свои воспоминания всё-таки она мне рассказала.

 

Одной из тем нашего разговора однажды был вопрос о языках, откуда пошли те или иные языки, когда они появились и т.д. И вот Светлана, увлёкшись, рассказала мне один случай из своего детства. Как уже многие знают, она родилась в Литве, в небольшом городке под названием Алитус. Она, когда пришло время, пошла в школу и в ней изучала, как и все школьники Литвы, литовский язык. Учитель литовского языка начал свои уроки с того, что стал говорить детям о том, какой великий и могучий литовский язык, о его древности и т.д. Светлана, послушав его, подняла руку и когда учитель спросил её о том, что она хочет спросить, она задала ему вопрос, который просто поставил его в тупик! Она спросила своего учителя о том, что если литовский язык такой древний и великий, то почему тогда нет ни одной книги или документа раньше пятнадцатого века (если мне не изменяет память)!? И учителю было просто нечего ответить на её вопрос, и он её за это сильно невзлюбил, хотя, несмотря на это, Светлана всё равно и по его предмету имела отличные отметки…

 

Вопрос Светланы не является таким уж и странным для девочки, если учесть тот факт, что она читала много ещё с дошкольного возраста и, конечно же, была гораздо развитей и образованнее, чем её одноклассники. Но… во всём этом есть ещё и некоторые аспекты, которые или не знал, или не хотел затрагивать её учитель литовского языка. Во-первых, литовцы принадлежат к родам Свято Русов, т.е. они сами русы и славяне. Во-вторых, литовцы – это остатки некогда мощного племени западных русов – лютичей, основная масса которых была уничтожена немцами в VII-IX веках н.э. Напомню, что путём обмана и предательства немцами были почти полностью уничтожены два мощных племенных союза западных русов – венедов и лютичей! Земли, которых потом были захвачены этими же самыми немцами.

 

Любопытно и то, что в современной из(с)ТОРии даже упоминается версия происхождения названия Литвы от слова ЛЮТЫЙ, но не даётся привязка к тому, что существовал мощный племенной союз западных русов – лютичей! Кто-то очень старательно скрывает следы об этой печальной трагедии геноцида западных русов. Кроме этого, в той же «версии» событий прошлого приводится информация о том, что после «монголо-татарского» нашествия литовскими князьями были объединены многие русские земли Киевской Руси, и в этой версии говорится, о том, что «дикие» литовцы переняли у русов Киевской Руси культуру и язык. Другими словами, во времена создания Великого Литовского княжества литовцы говорили на русском языке или, как минимум, на его диалекте! И это ещё не всё!

 

Литовцы, а точнее – лютичи – дольше всех сохранили ведические традиции и только в XIII-XIV веках были христианизированы и стали исповедовать католицизм! И именно с этого времени языки стали всё больше и больше отдаляться друг от друга. Аналогичное случилось и со шведами и не только с ними, а со всеми племенами, которые были германизированы. И если учесть всё вышеизложенное, становится предельно ясно, почему учитель литовского языка не смог ответить на простой, казалось бы, вопрос своей любознательной ученицы…

 

Мы с Александром без проблем прошли границу, впрочем, как и все остальные. Мы вылетали во Францию без предварительного арендования машины, так как за сутки до отлёта забронировать машину не было никакой возможности. Поэтому, прилетев в Париж, мы пошли в прокат машин, надеясь, что у нас получится взять машину на месте. Простояв в очереди в одну из компаний по прокату машин, мы выяснили, что машину можно получить только по предварительному заказу. Это немного расстроило нас, но я спросил у клерка компании о том, не подскажет ли он, в какой из прокатных компаний можно получить машину без предварительного заказа!? Девушка посоветовала обратиться в компанию «Hertz», что мы и сделали. Нам повезло в том, что у этой компании можно было не только получить машину без предварительного заказа, но и в том, что у них оказались машины больших габаритов. Я выбрал «Мерседес-Бенц», который оказался серебристого цвета и практически новый. Оформив все документы, мы готовы были двигаться, но ... возникла одна проблема. Навигатор был на французском языке, и у нас не получилось сразу ввести новые данные. За руль сел Александр, и мы двинулись в путь, рассчитывая на то, что увидим указатели на трассе, но... указатели, которые могли бы нам помочь сориентироваться, нам не попадались. Покружив минут 30-40 в поисках нужного выезда в направлении города Тура, решили остановиться и немного разобраться. Благо, что у нас был свой навигатор на русском языке. Потребовалось несколько минут на то, чтобы наш навигатор подключился к французской навигационной системе, и, наконец, Александр, введя адрес нашего Замка, получил желаемое – навигатор заработал! С этого момента всё пошло в нужном русле. И потянулись километры дороги. Я, устроившись поудобнее в своём сиденье, периодически выключался, чему в немалой степени способствовала монотонность дороги и отсутствие нормального сна у меня в течение продолжительного времени. Примерно через час у нас возникла ситуация. Александр выключился на несколько секунд тоже, ведь он тоже не спал нормально уже несколько ночей.

 

И несколько секунд мы оба в машине были в отключке. Когда выключился и Александр, сработала моя защита. Я мгновенно проснулся и голосом разбудил Александра. И это произошло в самый последний момент, когда машина на скорости 130 км/ч уже неслась на бетонное ограждение трассы. Александр проснулся мгновенно и среагировал мгновенно тоже – машина только коснулась колёсами бетонного ограждения. Через некоторое время Александр остановил машину и осмотрел её – на удивление всё обошлось, даже не было царапин, не говоря уже о чём-то более серьёзном. Если бы этого не произошло, машина, ударившись о бетонное ограждение трассы, скорее всего, перевернулась бы, со всеми вытекающими последствиями при скорости в 130км/ч на довольно-таки оживлённой трассе.

 

Но моя защита и Александр сработали хорошо, так что паразитам не получилось порадоваться и похоронить и Светлану, и меня одновременно. На этом наши дорожные приключения закончились. Во Франции многие дороги платные, въезжаешь на трассу – получаешь билетик. Съезжаешь с трассы – по этому билетику платишь! Плата относительно небольшая, но тем не менее... Благодаря навигатору, мы приехали прямо к воротам Замка. Я позвонил Фредерик, и через десять минут она появилась и сообщила о том, что Замок полностью опечатан жандармерией, и что нет возможности пройти даже на кухню, которая ранее не была опечатана. Уже вечерело, и на предложение Фредерик осмотреть свои владения почти в полной темноте я отказался. Я взял у неё адрес гостиницы, в которой она забронировала для нас с Александром номера. Александр ввёл этот адрес в навигатор, и мы отправились в гостиницу. Наша гостиница оказалась в небольшом городке Шинон (Сhinon), что в одиннадцати километрах от нашего Замка. Мы быстро нашли место нахождения гостиницы, но саму гостиницу нашли не сразу, хотя пару раз проходили мимо её. Так или иначе, поблуждав немного, мы её нашли, и каждый занял свой номер. После всех передряг и приключений последних дней и я, и Александр думали только о том, как бы побыстрее «протянуть ноги», пока только в прямом смысле этого слова. Мы нашли ресторанчик, который был ещё открыт, перекусили и отправились отдыхать. Фредерик сообщила мне, что завтра, 18 ноября, следователь из жандармерии ждёт меня в 10 часов утра. Где находится жандармерия, мы с Александром уже успели выяснить, когда искали свою гостиницу. Перекусив в ресторане, который ещё был открыт, мы отправились в свою гостиницу, чтобы «протянуть свои ноги», пока ещё, в самом прямом смысле этого слова. После такого путешествия ноги судорогами сводило и у меня, и у Александра, как это выяснилось следующим утром. Всё-таки сидеть, не имея практически возможности пошевелиться в течение нескольких часов в самолёте, а потом ещё в машине ещё несколько часов, дали о себе знать. Как оказалось, на людей двухметрового роста и выше никто не рассчитывает. А авиаперевозчиков вообще не интересует, куда люди такого роста будут девать свои ноги, втиснувшись в узкие кресла авиасалона, но это так, небольшое лирическое отступление…

 

В 10 часов утра в четверг, 18 ноября, мы пришли в жандармерию. Я назвал имя и сообщил о том, что мне назначено прийти к этому времени. Конечно, я говорил по-английски. Французы очень не любят англичан и стараются не говорить по-английски без крайней на то необходимости, даже если и свободно владеют этим языком. К десяти часам явилась переводчица с русского на французский, и началась беседа-допрос. Следователь-жандарм сразу заявил, что это дело находится на прямом контроле прокурора республики, после чего попросил Александра подождать меня снаружи. Александр вернулся в отель и попросил меня позвонить, когда допрос закончится. Первое, что меня спросил следователь, каким образом я узнал, что моя жена мертва. Для него было удивительно, что я позвонил нашей горничной и попросил её проверить, всё ли в порядке со Светланой. Когда Фредерик нашла Светлану, её тело было ещё тёплым. Тёплым тело было и когда в Замок приехали жандармы, а это было не ранее чем через два часа после её смерти. Об этом сказал мне сам следователь. То, что я пытался вернуть Светлану к жизни, к сожалению, безуспешно по написанным выше причинам, привело к тому, что жизнь в клетках её тела продолжала ещё теплиться довольно долго, но… давление крови на сердце Светланы не давало мне возможности его запустить. Я не стал ему рассказывать всё, а сказал только, что я почувствовал что-то неладное и поэтому позвонил Фредерик…

 

После чего началась беседа-допрос, которая продолжалась в общей сложности семь с половиной часов! Конечно, беседу удлинил тот факт, что общаться приходилось через переводчика, но, тем не менее, семь с половиной часов остаются семью с половиной часами. Много вопросов было о том времени, когда Светлана работала дизайнером высокой моды.

 

Мало кто знал о том, что Светлана была принята в так называемый Синдикат высокой моды, в котором она была единственной представительницей из стран бывшего Советского Союза! Её номинировали на звание лучшего дизайнера двадцатого века, что создало ей много врагов в мире высокой моды, и в первую очередь потому, что она была независима, а это многим не нравилось. Об этом я ещё буду писать в своей автобиографии. И это стало причиной того, что ей организовали дружный бойкот и в первую очередь, хозяева Домов высокой моды, так как её творчество грозило им огромными убытками, потому что большинство дизайнеров «высокой» моды не могут создать ничего нового, а только копируют то, что люди уже успели позабыть, называя это «творчество» созданием коллекции под «вдохновением», хотя бы того же Кристиана Диора, которому, кстати, свои эскизы продавал дизайнер, известный под именем Эрте, хотя у него была и настоящая фамилия. Эрте – псевдоним русского художника Тыртова Романа Петровича, дворянского происхождения. Но это отдельная повесть. Кстати, Светлана хотела написать книгу о «высокой моде», свою книгу, своё видение этого мира, который далёк от глянцевого образа, который ему создали.

 

Я говорил следователю и о том, что Светлана работала над книгами о катарах и настоящих тамплиерах, о Великом прошлом, в том числе и Франции, и что её смерть сделала всё это невозможным… В конце допроса-беседы он спросил меня о том, что я сам думаю о причинах смерти Светланы. Я ему ответил, что я знаю, кто и как убил Светлану, только у меня нет доказательств этого. Следователь, тем не менее, предложил мне изложить мою версию событий, что я и сделал. Я рассказал ему об инфразвуковом оружии и принципах его действия. Как ни странно, он не посчитал мои слова вымыслом или бредом, наоборот, он очень внимательно меня выслушал и вскоре после этого пошёл докладывать прокурору республики о результатах нашей беседы-допроса.

 

Следователь отсутствовал примерно полчаса и, вернувшись, сообщил мне следующее: что он сейчас отдаст мне паспорт Светланы, её телефон, а завтра утром, несмотря на выходной в мэрии, он оформит свидетельство о смерти Светланы, без которого невозможно было даже начинать подготовку к её похоронам. Завтра же с Замка будут сняты все печати, и я могу войти в него. После чего он сказал ещё и следующее, что, несмотря на всё сказанное, и несмотря на то, что в Замке не было обнаружено никаких посторонних следов, расследование смерти Светланы не прекращается. А это могло означать только одно – её смерть не была естественной, и тем самым следователь подтвердил мою версию событий. После чего следователь вернул мне паспорт Светланы, её телефон и проводил до выхода. На выходе он мне сказал по-английски, что интересен тот факт, что после того, как я пересёк границу Франции, доступ на мой сайт стал невозможен! Не правда ли любопытный факт?! Следователь, во-первых, дал мне понять о том, что он знаком с содержанием моего сайта и имеет некоторое представление о том, кто я такой. А во-вторых, что он свободно читает по-английски, так как у меня ещё нет версии сайта на французском языке. А в-третьих, кто-то заблокировал для французов доступ на мой сайт…

 

Я вернулся в гостиницу, где меня ожидал Александр, и позвонил Фредерик сообщить о том, что к 6 часам вечера я смогу подъехать на встречу с Жераром Шартье, который ожидал меня с двух часов дня. Опять-таки, когда мы подъехали, уже было темно, я ещё раз извинился перед Жераром за такую задержку, но он прекрасно понимал, что продолжительность беседы- допроса не зависит от меня. Жерар, совсем не говорит по-английски, поэтому Фредерик выступила в роли переводчицы с английского на французский и обратно. Мы познакомились друг с другом, хотя и он, и я знали друг о друге достаточно. Светлана много рассказывала мне о нём. Он сказал, что мне нужно переоформить и подписать очень много бумаг в силу того, что Светланы уже нет…

 

Светланы уже нет… Всё моё существо не хотело этого принимать. И это несмотря на то, что я сам видел по Скайпу её тело, лежащее на полу в комнате нашего Замка. Несмотря на то, что я сам видел, как врачи скорой помощи через минут тридцать-сорок после своего приезда сделали ей кардиограмму, которая показывала долгую прямую линию… несмотря на всё это, моя душа не хотела принимать тот факт, что её физическое тело уже мертво, что я уже не услышу её мелодичный голос, не увижу её удивительную улыбку, не услышу её смеха и не смогу заглянуть в её прекрасные глаза… Всё это мне казалось каким-то дурным сном, и стоит мне только открыть глаза, всё это исчезнет и я услышу звонок по Скайпу или по телефону, и моя суженная скажет мне своим удивительным голосом: «Просыпайся соня! Сколько можно дрыхнуть!!!» Но мои глаза открыты, и всё происходящее не из дурного сна. Особенно тяжело по утрам, когда только-только откроешь глаза и ещё не успеваешь сообразить, где ты, какой сегодня день, и какова реальность… Но когда просыпаешься полностью, к сожалению, понимаешь, что это не дурной сон, а самая что ни на есть реальность.

 

Тем не менее, в глубине души всё ещё теплилась надежда, что всё происходящее – не самый удачный розыгрыш. Так и казалось, что неожиданно появится Светлана и скажет: привет, а вот и я! Сознание не хотело принимать тот факт, что у кого-то могла подняться на неё рука. Но рука поднялась…

 

В памяти всплывает множество событий и фактов о том, какая Светлана, какая у неё душа… Как-то раз Светлана позвонила мне и сказала, чтобы я связался с нашими общими знакомыми по Сан-Франциско и передал им, что в такой-то день их дочь Вероника утонет. Самое интересное в этом было то, что наши друзья именно в это время в июне 2004 или 2005 гг. со своими детьми отдыхали на Гавайях. Я, конечно, передал её предупреждение и кроме этого, по просьбе её родителей, ещё и поставил свою защиту на девочку. Ей, конечно, никто ничего не объяснял, но самое интересное было в том, что в тот день Веронику невозможно было затащить даже в бассейн, хотя ей никто ничего не говорил о том, что в этот день она должна была утонуть. Если бы Светлана не сообщила об опасности, девчушка, скорей всего, утонула бы. Но Светлана спасала не только своим даром предвидения, благодаря которому осталась жива Вероника и многие другие. Множество раз во время работы с разными проблемами и задачами удавалось предотвратить многие катастрофы и катаклизмы, как планетарного масштаба, так и гораздо большего. Но и это ещё не всё…

 

Летом 2005 года произошло одно маленькое событие в масштабах вселенной, которое показало и характер Светланы, и её самоотверженность. Светлана долго не могла дозваться нашего сенбернара Зиту, и, волнуясь за свою любимицу, она отправилась на её поиски. Через некоторое время Светлана обнаружила её в нашем большом летнем бассейне, в который она свалилась и никак не могла выбраться наверх. Уровень воды в бассейне сантиметров на семьдесят был ниже бетонной кромки и… Зита просто не имела возможности оттуда выбраться самостоятельно. Силы Зиты были уже на исходе, и она уже начинала тонуть. Светлана, не задумываясь, прыгнула в воду, чтобы спасти свою любимицу.

 

Зита уже начинала захлёбываться и, видя это, Светлана предприняла отчаянную попытку вытолкнуть её наверх. Светлана и сама в том месте бассейна не могла достать ногами до дна, а Зита была взрослой самкой сенбернара и весила прилично. Несколько попыток Светланы вытолкнуть Зиту на берег не увенчались успехом. При этих попытках Светлана сама с головой уходила под воду, но она не оставила Зиту тонуть и предприняла ещё попытки вытолкнуть её на берег, одна из которых увенчалась успехом! Как Светлане удалось это сделать – мне непонятно до сих пор! И только после того, как Светлана спасла Зиту, она, уставшая, сама еле выбралась на берег из бассейна. И при этом была безмерно счастлива, что ей вовремя удалось обнаружить и спасти Зиту! Ещё каких-нибудь десять-пятнадцать минут и Зита бы утонула!!!

 

Это событие наглядно демонстрирует характер Светланы, её самоотверженность. Она очень любила жизнь, всё живое, каждую травинку-хворостинку, каждый кустик, каждое деревце, каждую пичужку и любую животину. И, несмотря на предательства, любила людей, была открыта к людям всей душой, не ожесточалась сердцем, хотя её такое маленькое и одновременно огромное сердце истекало кровью не только от ударов тёмных, но и от предательства тех людей, которым она открывала своё сердечко. Она всегда верила и верит, несмотря ни на что, в хорошее в людях, в том, что у каждого человека живая душа. Она просто не могла по-другому, зато многие (но не все) кому она открывала своё сердце и душу, предавали её из страха за свою собственную шкуру, или ради корысти, или из зависти, что сами не могли быть такими же даже на один процент! Светлана никогда не прятала своё лицо и не пряталась за чужой спиной, она знала, за что борется, ради чего рискует своей жизнью практически каждый день, а часто и по несколько раз в день! Она была и есть Светлый Воин в полном смысле этого слова, была Валькирией и Дарой в одном лице!..

 

В пятницу утром, 19 ноября, я и Александр покинули гостиницу, в которой пришлось переночевать два дня. Фредерик сообщила мне утром о том, что жандармы сняли печати с Замка, и теперь, можно было спокойно войти в свой собственный дом. Рассчитавшись за гостиницу, мы погрузили свои вещи в машину и… отправились в Замок. Фредерик открыла ворота, и я в первый раз с конца 1999 года, когда был приобретён этот Замок, вступил, точнее въехал, в своё собственное владение… Не так я представлял себе этот момент. Я мечтал приехать во Францию инкогнито, чтобы сделать Светлане сюрприз. Приехать к Замку, попросить Фредерик тайком открыть ворота и… подъехав к дверям Замка тихонечко войти внутрь и сказать: «А вот и я…»! И вот я в Замке, но не бежит мне навстречу радостная Светлана, не сияет на её лице солнечная улыбка, не слышно её мелодичного голоса… Стоит её обувь, на вешалках висит её одежда, везде, куда не брось взгляд, следы Светланиного присутствия, кажется, вот сейчас из комнаты выйдет Светлана, но проходит мгновение, другое… а Светлана так и не появляется! Нет не так, совсем не так я представлял своё появление в нашем Замке после стольких лет невозможности в него попасть…

 

Судьба преподнесла мне печальный «подарок» – вступить в свой Замок, когда самое дорогое для моей души существо уже не в мире живых. Порой в голове мелькает мысль – а может быть надо было уйти тогда, когда за нами приходили друзья, а не оставаться на этой Земле?! Тогда Светлана была бы жива, и мы бы вместе продолжали наше общее дело?! Ведь большинству людей ничего не надо, кроме как набить едой свой желудок, получить свои «удовольствия», как они это понимают, и ради этого они готовы быть рабами, предавать, убивать, лгать… Но тут же сам прогоняю эту мысль. Мы со Светланой остались на Мидгард-Земле не по чьему-то приказу или требованию, а по своей собственной воле, потому что это и наш дом, наша планета. И всё, что мы делали – делали не ради славы и наград, а потому что это наш долг, наша обязанность сделать всё, что в наших силах, чтобы освободить эту прекрасную планету от власти паразитов.

 

Светлана уже отдала свою жизнь ради этой цели, и я буду продолжать это дело до тех пор, пока бьётся моё сердце! Как долго оно будет биться, я не знаю – на войне, как на войне! Но пока оно будет биться, я не сверну с выбранной дороги, чего бы мне это ни стоило! Как сказал ещё маленькой Светлане её дедушка – честь и человеческое достоинство никто не в силах отобрать у человека, человек может только сам их уронить! И это действительно так! Рабская философия социального оружия паразитов очень сильно исказила сознание русов и других коренных народов Светлой Руси. И пришло время снимать дурманящую пелену этого оружия с сознания людей. Каждый проснувшийся человек, прочитавший мои и Светланины книги, наносит социальным паразитам сильный удар. С каждым проснувшимся их власть и сила слабеет, всё сильнее и сильнее страх и паника среди паразитов, которые уже чувствуют, что земля зашаталась у них под ногами, что сладкому для них и кровавому для всех остальных паразитированию приходит конец. Спящие просыпаются, и это стало уже неизбежным, как бы ни кричали паразиты с пеной у рта, что они несут людям добро и свет! Правда не уточняют, что их «свет» – это мрак и хаос для всех остальных, что все остальные или будут уничтожены, или должны смириться с рабской участью!..

 

Во второй половине дня пятницы я получил свидетельство о смерти Светланы и адрес госпиталя, где находилось её тело. Всё происходящее было как в плохом сне, только от этого сна нельзя было проснуться… В детстве иногда у меня были «плохие сны», только позже я понял, что эти сны были реальными. В этих снах какой-нибудь монстр гнался за мной с одним только желанием – получить свой завтрак, обед или ужин, у меня как-то не было времени уточнять, к какой категории пиршества я предназначался. Итак, тот или иной монстр выходил на охоту, дичью в которой я был сам. До сих пор возникают ощущения опасности и ощущение загоняемой в ловушку дичи. И вот, когда монстр уже открывал в предвкушении пиршества свою пасть, под моими ногами разверзалась пропасть, и я с криком падал в неё и… неожиданно оказывался в своей кровати в холодном поту…

 

В детстве я не понимал, откуда вдруг появлялась эта пропасть и почему, падая в неё, я оказывался в своей кровати, в своём теле, как бы я сказал сейчас. Мне всё это казалось тогда странным: и монстры, охотящиеся на меня, и неизвестно откуда появляющаяся пропасть. Тогда я был рад, что не стал чьим-то завтраком или обедом и всё… Тогда всё заканчивалось благополучно, но в этот раз дурной сон не проходил. Я открывал глаза, и ничего не исчезало, всё происходило в реальности… Как бы мне хотелось, чтобы всё это было просто дурным сном, но, к сожалению, от моего желания ничего не менялось…

 

И завтра, в субботу 20 ноября у меня не останется никакой иллюзии по поводу гибели Светланы. Мне предстояло увидеть её тело, тело самого дорого человека, которого я не видел долгих четыре года. И вот теперь мне предстояло первое свидание со Светланой через четыре года. Не о таком свидании я мечтал, но я был рад и этому, я очень боялся, что мне не дадут визу, и что Светлану похоронят без меня, и я даже не увижу её в последний раз перед этим. И вот утром следующего дня Александр вводит в навигатор адрес госпиталя города Тура, что в тридцати с лишним километрах от Замка, и мы отправляемся в путь... Многие дороги во Франции платные, и чтобы по ним проехать, на въезде получаешь билет с информацией о месте въезда, а при съезде оплачиваешь этот билет. Доехать до Тура стоит около четырёх евро. Заплатив за дорогу, мы, наконец, довольно-таки быстро, благодаря всё тому же навигатору, оказались у нужного госпиталя. Но столкнулись с небольшой проблемой. Все надписи, как и следовало ожидать, были на французском языке, и где находится морг госпиталя, мы не смогли определить. Тогда я зашёл в приёмную, показал медсестре свидетельство о смерти Светланы, и когда она мне начала объяснять что-то на французском языке, я сообщил медсестре что говорю по-английски, но по-английски не говорила она. Через минут пятнадцать-двадцать появилась медсестра, которая более-менее сносно говорила по-английски и объяснила, как можно найти морг. И вот мы спускаемся вниз к моргу, звоним, я показываю вновь свидетельство о смерти и жестами показываю, что хотел бы увидеть тело моей жены. После нескольких минут возникает понимание, чего я хочу, и вот, меня приглашают в специальную комнату, куда уже привезли тело Светланы. Невероятно больно было увидеть тело дорогого тебе человека, лежащее на каталке морга. Прошла уже неделя с момента убийства Светланы.

 

Её тело было холодным, были видны грубые следы швов вскрытия, в моей душе возникло возмущение всем этим, зачем надо было так кромсать тело?! Я сел рядом с телом Светланы и стал гладить её лоб, её волосы, она так любила, когда я это делал. Я гладил её волосы и разговаривал с ней. Я знал, что её сущность рядом со мной, и что она слышит каждое моё слово. Я говорил и говорил с ней, продолжая гладить её волосы… Вот каким оказалось наше первое свидание после четырёх лет разлуки…

 

Её кожа была совершенно нормального цвета, блестела и постепенно под моей рукой становилась тёплой. Казалось, что Светлана просто спит, и если бы не полнейшая неподвижность, столь несвойственная живому, можно было бы подумать, что она погрузилась в летаргический сон, но… швы вскрытия не оставляли сомнения в том, что это даже не летаргический сон, несмотря на здоровый цвет кожи. Даже смерть не могла убить в ней жизнь полностью. Я бы с радостью умер сам вместо неё. Я видел лицо смерти тысячи раз, но как невыносимо больно видеть безжизненное тело человека, который был дороже всего, дороже твоей собственной жизни… Умирать не страшно, по крайней мере, мне. Самое страшное – видеть смерть близких тебе людей. Сразу начинаешь думать о том, что мало уделял времени, мало говорил тёплых слов, которые могли бы дать дополнительные силы, что зря не настаивал на том, чтобы провести важные работы, новые перестройки. Когда я видел бесконечно усталые глаза Светланы, становилось её жалко, и когда она просила о том, что можно поработать завтра или в выходные, когда не будет такой загруженности днём у меня… Вспоминая всё это, начинаешь винить себя в том, что не настоял, не убедил провести перестройку, несмотря на такую усталость, ведь тогда, скорее всего, Светлана осталась бы жива даже после такого удара. Так получилось, что реализация моего принципиально нового решения откладывалась уже третью неделю. Тревога во мне росла, и именно в пятницу 12 ноября, после того как начались новые мощные атаки, я сказал Светлане, что завтра, несмотря ни на что, я буду проводить свою новую перестройку, которая выведет нас на совершенно другой уровень, с которым уже точно тёмненькие ничего не смогут поделать… Но я так и не успел провести эту перестройку, и вот теперь… я смотрю на лишённое жизни тело Светланы, и от этого душа разрывается от боли…

 

Один человек мне написал, что он в прошлом сам был тёмным и ему приходилось самому убивать дорогих ему людей и, что тёмные тем и сильны, что они совершенно лишены эмоций… И чтобы их победить, нужно научиться у них быть безразличными ко всему… Может быть у тёмных всё так и есть, но… я не собираюсь этому у них учиться. И никто не смог и не сможет питаться моей болью, хотя бы потому, что уже довольно-таки давно я сделал так, что все мои эмоции смертельно опасны для тёмных. Желающих отведать моих эмоций ждёт очень неприятный для них сюрприз – попав в тёмного, мои эмоции начинают его преобразовывать, так что получается почти как в той старой советской комедии «Джентльмены удачи»: «Кушать подано, идите жрать, господа паразиты, только смотрите не подавитесь!!!» И кроме этого, я давно уже создал себе и Светлане систему «поплавка», когда изменение уровня эмоций автоматически приводит к изменению всего остального, так что даже при очень сильных эмоциях, никакого нарушения гармонии и баланса не происходит. Правда, несмотря на это, практически никто и никогда не видит бурь моих эмоций, во-первых, потому, что очень сложно у меня вызвать такую бурю, а во-вторых, потому, что если такое и случается – это мало проявляется внешне. Я всё держу внутри себя. И одна из причин этому такова, что если я выплесну свои эмоции наружу, это может привести к весьма плачевным результатам, о чём я напишу не сейчас и не здесь. Способность управлять своими эмоциями не означает их отсутствия! Я не был никогда и не буду без(с)чувственным болваном, которому всё «до лампочки» – живая душа не может быть безразличной к страданиям и боли других. Только реакция живого человека должна быть не в причитаниях и утешении, а в активном действии! В действии, которое невозможно без живого, горячего сердца, только тогда ты можешь считать себя собственно человеком!.. Конечно, нелегко улыбаться, смеяться, когда у тебя на душе «скребут кошки», и душа страдает. Вот это надо уметь, этим надо овладеть, несмотря ни на что, чтобы паразиты не могли порадоваться твоему горю, а ещё надо в этом состоянии продолжать с ними сражаться с упорством в тысячу раз большим, чем раньше. Вот это действительно надо уметь делать! И это нужно для того, чтобы враги никогда и ничем не могли сломить твою волю, сломать тебя, заставить отречься от дела всей твоей жизни… Как-то незаметно, как одно мгновение, промелькнули два часа, и хотя меня никто не без(с)покоил всё это время, я понимал, что я не могу просидеть рядом со Светланой всё время…

 

Как ни печально, но нужно было уходить. Я поцеловал её прекрасные глаза, губы и попрощался до следующего свидания. Выйдя из комнаты с телом Светланы, я на пальцах выяснил у санитара время посещения, точнее – на пальцах я ему показал, чтобы он написал мне время работы морга. Оказалось, что они работают семь дней недели, и посещения возможны с 9 часов утра до 19 часов вечера. Это было единственной хорошей новостью, если можно так сказать. Дело в том, что в пятницу 19 ноября я беседовал с человеком из похоронного бюро о времени кремации тела Светланы, и был определён день – 24 ноября 2010 года, в 14 часов дня. Работник похоронного бюро сообщил мне, что 24 числа в 10 часов утра, он со своим помощником приедет в морг, перенесёт тело в гроб, после чего гроб с телом закрывается крышкой намертво, и комиссар полиции своей печатью опечатывает гроб. И что, опечатанный гроб и будет в дальнейшем кремирован…

 

Таким образом, у меня оставалось четыре дня, когда я могу посетить Светлану. Четыре дня… четыре свидания подарила мне судьба за четыре года разлуки – по одному дню за каждый год!!! Вот уж точно, никак иначе как иронией судьбы всё это не назовёшь… только эта ирония судьбы, была без «лёгкого пара» и без счастливого конца… Счётчик был запущен, с каждым днём приближался день, когда тело Светланы будет кремировано… Каждый день мы с Александром приезжали к Светлане (не хочется писать в морг), и я проводил рядом с ней не менее двух часов… И каждый раз, я удивлялся тому, что цвет её лица, состояние её кожи были совершенно нормальными, не было никаких признаков смерти… И возникала мысль, что может быть не стоит кремировать или хоронить её тело, а попробовать всё-таки что-нибудь сделать, чтобы вернуть Светлану к жизни. Но следы вскрытия каждый раз гасили эту мою последнюю надежду вернуть к жизни ЭТО ТЕЛО.

 

После работы патологоанатома в её теле не осталось ни одного органа, который был бы неповреждён скальпелем. Вскрывали даже череп и вынимали мозг. Я не сомневаюсь, что вскрытие тела Светланы не было обычным, особенно если учесть, какое внимание власти уделяли всему этому. Власти прекрасно знали (правда, далеко не всё), кем была при жизни Светлана, и пользуясь полной своей безнаказанностью и без(с)контрольностью, вне всякого сомнения, взяли для изучения образцы тканей, а может быть и весь мозг… Очень уж интересует паразитов, каким образом человеческий мозг может делать невероятное с их точки зрения. Никак не могут понять паразиты своим скудным умом, что все возможности формируются на тех уровнях, которые недоступны для скальпеля патологоанатома, и всё продолжают искать… чёрную кошку, в чёрной комнате, когда её там нет…

 

В один из дней посещения Светланы, я обратил внимание на то, что из швов после вскрытия продолжает сочится сукровица даже на десятый день после смерти… И этот факт, как мне объяснила Надежда Яковлевна Аншукова – врач, всю свою жизнь проработавшая в медицине, говорит о том, что смерть была насильственной. Так как, если человек умирает естественной смертью, в его организме вырабатывается много адреналина, и кровь быстро сворачивается. Если же смерть насильственная и очень быстрая, то надпочечники не успевают выработать адреналин, со всеми вытекающими последствиями… Так что и это подтверждает факт убийства Светланы…

 

Каждый день кожа Светланы становилась здоровее, её цвет, эластичность. Конечно, это было связано и с тем, что каждый день я проводил по два часа рядом с телом Светланы и гладил её лоб и волосы. Моя жизненная сила наполняла её, и клетки тела понемногу оживали, но… но, после вскрытия, не могло быть и речи о том, чтобы ожила и сама Светлана. Если бы я был рядом с ней, когда всё это случилось, то я бы смог всё-таки вернуть её к жизни… Скорее всего, если бы я был рядом с ней, ничего не произошло бы вообще или мы погибли бы одновременно. Светлана всегда говорила мне, что она ни за что не останется одна, без меня, и что её мечта, что когда придёт время, мы ушли бы вместе… но исполнилась только первая часть её желания – один остался я… уйти вместе у нас уже не получится никогда…

 

С каждым днём приближался момент, когда тело Светланы исчезнет в пламени навсегда, исчезнет тот сосуд, в котором была её прекрасная и храбрая сущность. Всё в моей душе противилось этому, её тело – это всё, что у меня оставалось от неё в этом мире, и хотя я мог беседовать с её сущностью, мне этого было мало. Я часто вспоминал и вспоминаю слова Светланы о том, что она хочет увидеть победу света именно этими глазами, именно в этом теле, каким бы несовершенным оно бы и ни было, ибо мы прошли всё именно в этом теле, и именно в этих далёких от совершенства телах, мы совершили и совершаем то, что ранее нашим сущностям не удавалось никогда, и не только нашим сущностям…

 

И вот наступила среда, 24 ноября – день, когда я в последний раз увижу свою Светлану своими собственными глазами. Мы с Александром подъехали к моргу к девяти часам утра, чуть позже подъехала машина из похоронного бюро, и начались последние приготовления к похоронам. Я привёз одежду Светланы и передал работникам морга. Через минут десять-пятнадцать мне разрешили последнее свидание. Светлана уже лежала в гробу, и это выглядело совершенно неестественно для меня… Но реальность оставалась реальностью… Ещё пару дней назад я отрезал часть волос Светланы и, не зная будет ли такая у меня возможность, попросил работника похоронного бюро сделать то же. Перед тем, как закрыть крышкой гроб навсегда, он начал отрезать ножницами волосы и я попросил отрезать её хвостик полностью, что он и сделал. После чего я сам расправил её волосы так, чтобы даже после такой «стрижки» лицо Светланы красиво обрамляли её прекрасные волосы… Волосы Светланы…

 

Несколько лет назад ей сделали очень плохо причёску, и сделал именно французский парикмахер, который видно позавидовал её прекрасным волосам. После чего ей пришлось сделать ещё одну стрижку, чтобы исправить причёску, после чего волосы стали довольно-таки короткими. И тогда Светлана обратилась ко мне с вопросом, смогу ли я ей вырастить волосы вновь, как это сделал Ричард своей суженой Келен, в книге Терри Гудкайна «Правила волшебника»? Я сказал, почему бы и не попробовать… и стал работать с этим. Несмотря на непрерывные стрессы, которые не способствуют хорошему росту волос, а совсем наоборот – стрессы часто становятся причиной, почему человек теряет свои волосы, мне удалось это сделать. Правда смерть Светланы не позволила мне вырастить волосы такие, какие хотела Светлана, но, тем не менее, удалось уже сделать в этом направлении довольно много. Буквально дней за десять до убийства Светланы, она села перед камерой с распущенными волосами. Её прекрасные волнистые волосы, переливаясь в тусклом свете настольной лампы, каскадами падали на плечи, на грудь… Светлана мне сказала, что её волосы уже ниже пояса и продолжают расти, что само по себе было невероятным даже для неё. Светлана ещё говорила о том, что теперь она может окончательно придать своим волосам ту форму, которую она хочет, и тогда я могу продолжить выращивание её волос… И вот теперь, её прекрасные волосы, в очередной раз обрезаны неумелой рукой, но на этот раз – не по злому умыслу…

 

Когда тело Светланы переложили в гроб, её руки оказались открыты, и я взял её правую руку, и она легко поддалась, я поцеловал её руку, потом взял её пальцы и скрестил со своими и прижал к своему лицу. При этом в пальцах не было никакого окоченения, они были только прохладными и... никакого окоченения... Её пальцы оставались гибкими, как у живого человека. Наверное, позже церковь объявила бы её мощи нетленными, но никто и никогда не сможет использовать в своих целях тело Светланы. Она, по традициям наших предков, хотела, чтобы её тело после смерти было сожжено…

 

Минут через десять появилась комиссар полиции и когда крышка гроба была намертво закреплена на её глазах шурупами, она опечатала воском гроб… и в таком состоянии его увезли в здание крематория. Мы на своей машине проследовали за машиной похоронного бюро и внесли в наш навигатор местоположение крематория. До прощальной церемонии оставалось ещё три часа, и мы решили вернуться в Замок. В Замке меня уже ждала Фредерик с цветами, которые я попросил её заказать. Первого декабря 2010 года исполнялось 19 лет со дня нашей свадьбы, и я попросил Фредерик заказать 19 орхидей лимонного и зелёного цвета. Светлана очень любила орхидеи, особенно такие, с огромными прекрасными цветами. А 15 декабря у Светланы должен был быть День Рождения, и я попросил заказать ещё и огромный букет жёлтых роз… На прощальную церемонию приехало немного людей – те, кто уже знал о её гибели. Я не стал сообщать нашим друзьям о похоронах, и в 14 часов дня в траурном зале собралось всего несколько человек. На гроб с телом Светланы я положил все цветы, так же, как и цветы всех остальных, кто пришёл проводить её в последний путь. Всё было в прекрасных цветах. Она сама была прекрасным цветком жизни и уходила в окружении прекрасного. Служащий похоронного бюро сказал обычную в таких случаях речь на французском языке, даже не понимая, какого необычного человека – женщину-воина – он провожает своими стандартными словами, но это было неважно, важно было то, что каждый из присутствовавших чувствовал в своей душе… в силу своего понимания того, кем была Светлана. Все пришедшие люди искренне скорбели о ней. Вся церемония продлилась минут двадцать, после чего гроб с телом Светланы плавно опустился в зал крематория, правда пришлось сначала снять часть цветов. Я хотел, чтобы все цветы ушли в пламя вместе с телом Светланы, но орхидеи были такие огромные, что мешали работе автоматики печи. Поэтому на гробе с телом Светланы остались россыпью только жёлтые розы – розы, которые были для её Дня Рождения. Когда всё было подготовлено… раскрылось зево печи крематория, и гроб с телом Светланы медленно ушёл в пламя, окружённый жёлтыми розами… Прекрасный цветок жизни, каким была и есть Светлана, точнее – её физическое тело – уходил, окружённый прекрасными цветами… Через минуту заслонки печи сомкнулись, навсегда отрезав от окружающего мира то, что ещё совсем недавно было телом самого дорого для меня человека…

 

Конечно, это было только физическое тело. Всё, кем и чем была Светлана, не сгорело в пламени, но… но… вместе с этим телом сгорело что-то неуловимо особенное, что-то уникальное, что-то неповторимое… Всякий, внимательно прочитавший её так и не законченную книгу, поймёт, что я имею ввиду. И хотя повествование её книги было оборвано убийцами на её воспоминаниях детских лет, и она так и не успела поведать людям летопись своей жизни, но, но… даже в свои детские годы Светлана проявила такие качества души, характера, самоотверженности и чистоты, такой характер воина, которые мало кому удавалось выработать и за всю свою жизнь. А ведь это было только начало жизни Светланы… Как много мы не узнаем удивительного о её жизни, так как враги не дали ей такой возможности, но даже то, что Светлана успела написать в своей первой и незаконченной книге, не только удивительно своей глубиной и содержанием, но и прекрасно передано ею на изумительно красивом и богатом русском языке…

 

После похорон, все приехали в Замок и почтили память Светланы. Любимые её орхидеи и остальные цветы окружили фотографию Светланы в одном из залов Замка. Её фотография, на которой Светлана полна жизни и радости в окружении прекрасных цветов, не могли оставить равнодушным любого, кто видел это сочетание. Обычно, после смерти человека его фотографии становятся «пустыми». Фотография всегда связана с человеком, и после его смерти и выхода сущности из тела, исчезает связь сущности с фотографией, так же, как и с физическим телом. Умеющие это видеть и чувствовать, могут это определять. Это как по фотографии или какой-нибудь личной вещи можно сказать о том, жив ли этот человек или нет и даже точно определить его местонахождение. Так вот, все фотографии Светланы и после её гибели остались живыми… Вполне возможно, это связано с тем, что я «привязал» её сущность к себе, как она просила, а вполне возможно и потому, ............ .................................................................................................... И она не только живая на своих фотографиях, но её присутствие в фотографиях не уменьшается, а наоборот, увеличивается…

 

Светлана… Светлана, сколько невероятных способностей и талантов соединила в себе она. В один из приездов Светланы на Мальту, ей разрешили посетить мальтийскую президентскую библиотеку, которая раньше была библиотекой магистров Мальтийского ордена, в которой было собрано огромное число уникальных манускриптов. Так вот, Светлане принесли несколько таких манускриптов, и где-то через полчаса она попросила принести ей ещё. На неё посмотрели с удивлением и спросили Светлану о причине изменения её желания ознакомиться именно с этими манускриптами. Разве ей принесли не то, что она заказывала? Светлана ответила, что она очень признательна и ей принесли то, что ей было нужно, но она уже всё прочитала… Её слова ещё больше удивили служителей библиотеки, и, видя на их лицах удивление и недоумение, Светлана предложила им открыть любую из этих книг на любой странице и сказать ей с какого абзаца они хотят, чтобы она продиктовала написанное в книге. И когда ей назвали страницу и абзац, Светлана по памяти воспроизвела написанное там! Удивлению и недоумению служителей библиотеки не было предела, и когда Светлана через другие тридцать-сорок минут попросила их принести ей ещё книг, уже никто не спрашивал её о причинах такого странного желания…

 

Я тоже могу передать суть изложенного в книге или письме, не раскрывая их, но я никогда не мог воспроизвести всё дословно из прочитанной таким образом книги или документа. Что получалось и получается у меня, так это в течение нескольких минут просмотреть сотни страниц и остановить своё внимание именно в том месте книги, которое я ищу, или которое мне нужно, но я никогда не воспроизводил содержания пропущенных моим вниманием страниц. Это тоже позволяло мне работать с книгами очень быстро, но то, что могла Светлана – было чем-то невероятным. Она по своему желанию могла возвратиться мысленно к тому времени, когда она быстро просматривала страницы, остановиться на нужной странице, и уже в нормальной скорости прочитать написанное в книге, в то время, когда книги не было в её руках.

 

Это примерно так же, как она смещалась в своё собственное прошлое и переживала вновь то, что случалось с ней в детстве, а не вспоминала свои детские годы, как это обычно делают все остальные. Именно благодаря этой её способности она смогла передать дословно не только то, что случилось с ней самой, но и то, чему она стала свидетелем. Именно благодаря этому ей удалось воспроизвести с присущим ей уникальным писательским даром повести всех её героев детских лет, включая Радомира и Магдалину…

 

Когда мы были вместе со Светланой на Мальте по приглашению на Президентский бал в конце июля, в начале августа 1997 года, там произошло необычное событие. Тёмные силы нашли вариант блокировки сущностей высокого уровня. Сначала носителям альфа-генетики или, как написано о таких людях в Ветхом Завете – сильных людей народов – навязали идею безбрачия и служению чуждому Богу в военных орденах, в основном для младших сыновей аристократических фамилий. При этом у большинства из них не только не было своих детей, но и ещё их сущности высокого уровня обрекались на вечный плен в результате вечного привязывания этих сущностей к уже мёртвым телам. Погибших в боях, умерших от ран и от болезней, и вообще, умерших по естественным причинам мальтийских рыцарей, в частности, хоронили в каменных склепах или каменных мешках, в которых без доступа воздуха их мёртвые тела не разлагались, и сущности не могли освободиться от уже мёртвого тела и становились вечными пленниками этих каменных мешков.

 

Результатом этого было то, что многие и многие тысячи сущностей достаточно высоких уровней развития выпадали из круговорота сущностей, и вместо них в альфа-генетику внедрялись сущности значительно более низкого уровня развития со всеми вытекающими из этого последствиями. И это приводило к довольно-таки быстрому вырождению альфа-генетики у многих народов и племён. Кроме этого, у наиболее выдающихся людей после смерти вырезали сердце и другие органы, и хоронили отдельно от тела… При этом мало кто знал, что вырезалось сердце и другие органы в соответствии с обрядами чёрной магии – Вуду! Но это преподносилось людям, как «священный» церковный обряд оказания высших почестей столь значительным людям! В результате этого у всех носителей этой генетики и их потомков, оказывались слабые сердца и ослабленность, и повышенная уязвимость именно тех органов, которые удалялись у далёкого предка…

 

Так вот, когда мы со Светланой были на Мальте, где в церквях и соборах люди ходили по могилам рыцарей мальтийского ордена, а у наиболее знатных из них там же были именные склепы, пленённые сущности обратились ко мне через Светлану с просьбой освободить их из самого страшного плена, который можно только придумать – плена, который для многих растянулся на многие столетия. В один из вечеров, мы выделили для этого время, и я начал работать, чтобы освободить эти несчастные сущности из плена тёмных… Жаль, что мало кто мог видеть это потрясающее зрелище, когда в вечернем небе над всеми островами Мальты в воздухе поднялись тысячи и тысячи светящихся сущностей, которые медленно, медленно поднялись над сушей и удаляясь, растворились в небе. При этом можно было почувствовать даже физически небывалое облегчение, которое исходило от этих освобождённых сущностей…

 

После похорон Светланы 24-го ноября я решил проверить автоответчик домашнего телефона, потому что именно на него поступил убивший Светлану звонок… Я не стал это делать раньше, так как не был уверен, что я не среагирую на воздействие инфразвукового оружия без последствий, хотя уже и имел некоторый опыт «общения» с этим оружием, в прямом и переносном смысле этого слова. Мне нужно было быть уверенным, что я могу проводить Светлану в последний путь, а после того можно и рискнуть. Когда я остался один, чтобы случайно, в случае чего, никто другой не пострадал, я стал прослушивать запись сообщений… В нём были сообщения, которые специально сохранила Светлана ранее. Мои сообщения, которые я оставлял Светлане ночью с 12-го на 13-е ноября, были Светланой стёрты. Было два или три моих субботних сообщения до 6 часов вечера по московскому времени или до 4-х часов дня по французскому, а всех моих последующих сообщений вплоть до 21.30 по московскому, просто не было… Их не было, и всё, хотя именно после 18.00 вечера по московскому времени, я звонил ей по всем телефонам по несколько раз в час!!! Кто-то стёр все эти мои сообщения! Возникает вопрос: кто и зачем стёр мои сообщения? Ведь Замок был опечатан жандармерией, и никто в него не мог проникнуть, кроме жандармов и полицейских, которые обследовали Замок в поисках следов преступления… Значит, кто-то из них очень хорошо знал, как и чем убили Светлану, и в его задачу входило уничтожить единственную осязаемую улику убийства – запись убившего Светлану звонка. Но этот человек не знал точно, какое именно из сообщений было смертоносным, так как оно затерялось среди моих сообщений, которых было довольно-таки много. Искать среди них то сообщение, которое убило Светлану, означало прослушивание всех сообщений, которые были записаны на автоответчике, а это означало, что прослушивающий их ляжет ещё одним трупом, как только начнётся воспроизведение именно ТОГО СООБЩЕНИЯ! Этому человеку очень не хотелось перейти в состояние трупа, поэтому он стёр, не слушая, не только убившее Светлану сообщение, но и с десяток моих! Для меня это послужило ещё одним доказательством, которое подтвердило мне ещё и с этой стороны факт убийства Светланы…

 

После похорон я решил ознакомиться с содержимым компьютера Светланы. Я надеялся найти материалы, над которыми она работала и просто не успела завершить. Светлана делилась со мной своими планами на ближайшее будущее и радостно говорила мне о том, что ей удалось раскопать такие материалы, такие материалы и доказательства, что паразитам мало не покажется. Она просила меня сделать обложки для её будущих книг – «Дети Солнца», «Тамплиеры» и «Даария». Мы довольно-таки долго, незадолго до её убийства, говорили об этом, и я ей предложил подумать над тем, какими бы она хотела бы видеть обложки этих своих книг. Светлана радовалась этому, как ребёнок, её глаза загорелись, в них появился задор, на какое-то время она забыла о гнетущих проблемах, которые тяжёлым бременем давили на неё, забыла о предательствах людей, которым она доверяла и которым открыла свою душу… Как редко в последнее время можно было видеть Светлану именно такой… Только когда мы работали вместе над той или иной проблемой, несмотря на усталость от огромной нагрузки, Светлана оживала и была самой собой. Работа и книги всегда делали её счастливой, несмотря на окружавшую нас черноту, которая особенно сгустилась после моего возвращения в Россию в 2006 году… Обо всём этом я ещё буду писать более подробно в своей автобиографии если успею, но для Светланы начался почти сплошной ад именно после того, как я вернулся на Родину. Паразиты, чёрненькие всех мастей и видов просто взбесились после этого. Нам и раньше они устраивали «весёлую жизнь», но… после моего возвращения всё приняло вид непрерывных атак со всех возможных и невозможных уровней.

 

Почти не было дня за последние четыре года, чтобы не происходили нападения, как с других уровней, так и чисто земного. А часто эти нападения происходили одновременно на всех уровнях! И мне приходилось со всем этим разбираться вновь и вновь, и вновь… Разбираться и восстанавливать повреждения от нападений и Светлане, и самому себе. Но не успевали зажить «старые раны», как наносились новые удары, и потом опять, и т.д.

 

Светлана, несмотря на то, что ей было очень тяжело, несмотря на то, что это достало «до самых печёнок», не сдавалась, её не могли сломать, чтобы ни пытались делать. Да, у неё можно было увидеть слёзы на глазах, когда её предавали те, кому она верила, когда пытались обмануть, обхитрить… но всегда она вытирала эти слёзы досады, а не слёзы слабости и сражалась с врагами, как ВОИН… Светлана была и есть удивительный человек, удивительная женщина. Может быть когда-нибудь, я расскажу, кем на самом деле являлась и является Светлана там, в Большом Космосе, и что нам в этих земных телах удалось сделать…

 

Но сейчас не время, да и не поймут люди правильно, так как будет всё это лежать за гранью понимания людей, а всё, что лежит за гранью понимания, пугает не только маленьких детей, о чём писала в своей книге Светлана, но и детей больших… Только большие дети, уже полностью зашоренные паразитами, часто ведут себя ещё хуже, чем дети маленькие. Поэтому всему своё время…

 

Мне было очень грустно осматривать компьютер Светланы, грустно потому, что она уже не сможет сделать это сама. Как бы она исчезает из жизни каждую минуту, с каждым днём. Закрывается её счёт в банке, все официальные бумаги платежей за электричество, за воду, налоги и т.д. переоформляются на меня, так как без этого во Франции невозможно ничего сделать, даже если ты и хочешь… Её имя исчезает из счетов, которые приходят на адрес Замка, и видя всё это, становилось очень грустно – был человек, и вот ничего уже не напоминает о человеке… И так происходит почти всегда, но… Светлана – это особый случай, после неё осталась её книга, пускай и не законченная, пускай о наиболее интересных событиях Светлана так и не успела поведать людям, которые сердцем, самыми затаёнными уголками своей души почувствовали истину в том, что она писала и о ком она писала! И это врагам уже никогда не уничтожить, это уже им никогда не исказить и не извратить. Я искал в компьютере Светланы её новые материалы, о которых она мне говорила, но которые я ещё не видел, так как она обычно, просила меня быть первым читателем глав её книги…

 

И вот… первой радостью было то, что я обнаружил в компьютере Светланы часть новой главы «Откровения»! Последние строки Светлана написала 7 ноября 2010 года, за неделю до своего убийства. Я соединил эту часть главы с той, что Светлана мне присылала раньше и получилась довольно-таки хорошая часть главы, и, хотя глава так и осталась незавершённой, но даже то немногое, что Светлана всё-таки успела написать, завораживает, и безумно больно становится от того, что за этим уже больше ничего не последует…

 

Второй радостью было то, что я обнаружил довольно-таки большую часть новой книги Светланы «Тамплиеры», и, хотя и эту книгу Светлана не успела завершить, но даже незавершённая, эта книга станет следующей «бомбой», которая сорвёт ещё один покров лжи паразитов и восстановит добрые имена уничтоженных и оболганных, в лучших традициях этих самых паразитов, светлых воинов. Светлане удалось найти такие неопровержимые доказательства, что перед ними тускнеет и вянет всё то словоблудие, которое разлилось широченной рекой на десятках тысяч страниц сотен и тысяч книг на эту тему.

 

Паразиты, уничтожив реальных тамплиеров, извратили и исказили суть того, чем и кем была эта организация. Тамплиеры первыми поняли стратегию и тактику социальных паразитов и стали создавать в противовес им свою финансовую систему и добились в этом направлении огромных успехов. Созданная тамплиерами финансовая система стала гораздо мощнее, чем та, которую создавали социальные паразиты. Поэтому поняв, откуда веет для них ветер угрозы, они нанесли удар первыми, используя как свой инструмент, своего послушного раба – Папу Римского и алчного, амбициозного и нищего Филиппа Красивого, французского короля. Именно тамплиеры первыми создали банки! После уничтожения тамплиеров, социальные паразиты воспользовались этим изобретением тамплиеров, внеся в них паразитическую суть. И с тех пор, контроружие тамплиеров стало верным слугой социальных паразитов. Очень много неожиданного и прямо скажем, сенсационного удалось найти Светлане для этой книги. И хотя она так и останется незавершённой, но даже то, что Светлана успела написать – её очередной подвиг!!!

 

Светлана, Светлана – сколько всего ты ещё могла дать людям, сколько правды могла ещё донести людям, пропуская через себя всю боль и страдания тех, чьи имена очистились от грязи, благодаря тебе, сколько имён незаслуженно забытых или специально замалчиваемых паразитами ты открыла людям, и сколько ещё открыла бы, если бы не твоё убийство исподтишка!!! Мало кто знает, что в конце мая 2010 года был очень мощный удар по твоему мозгу, когда была практически полностью уничтожена твоя кратковременная память и стёрто несколько месяцев долговременной памяти, и если бы мне не удалось тогда остановить этот процесс, кто знает, к чему это бы привело! Мало кто знает, что в то время как я восстанавливал повреждения мозга, удары со всех сторон не прекращались, и несмотря на это, как только твоя память была восстановлена более-менее приемлемо, ты ринулась писать предпоследнюю главу «Откровения»!

 

Тебе ещё было очень тяжело, очень трудно после таких повреждений смещаться в прошлое, чтобы детально воспроизвести события далёкого прошлого, события, которые помогали и помогают людям проснуться, вновь почувствовать себя ЧЕЛОВЕКАМИ, а не безликой массой или быдлом, как за глаза называют людей паразиты. Ты спешила донести до людей правду, правду, которая страшнее атомных бомб и другого оружия, потому что правда раскрывает людям глаза, и людей уже нельзя после этой правды водить «за нос», потому что эта правда резонирует с людьми на уровне генетики, кроме, конечно, генетики социальных паразитов, которые от этой правды приходят в состояние бешенства, так как начинают понимать, что под их ногами начинает качаться земля, в то время, как они думали, что они уже победили полностью и без(с)поворотно…

 

Ты боялась только одного – что не успеешь завершить хотя бы повесть о подвиге Изидоры, которая стала и повестью о Радомире и Магдалине и их детях! Ты столько не успела сделать, столько великолепных идей, которые родились в твоей голове, так и остались мечтой, сражённой подлой рукой. Сколько планов, которые мы с тобой обсуждали, уже никогда не свершатся, потому что кроме тебя никто другой не сможет их осуществить! Часть из них я доведу до завершения, но… многое, многое, так и останется подло убитой мечтой…

 

А сколько всего замечательного так и останется никогда даже не произнесённым твоим замечательным голосом… А сколько людей ты могла бы ещё спасти той правдой, которую ты так и не успела донести до людей. Всё это ты делала ради других, взамен получая ненависть врагов и благодарность друзей, которых становилось всё больше и больше, по мере того, как люди читали твою ещё не завершённую, а теперь, так и оставшуюся незавершённой, книгу!!! Мало кто знает, что в июле, ещё не совсем оправившись от того удара и многих последующих, ты, собрав все силы, помогала мне уничтожать климатическое и геофизическое оружие 20 и 22 июля 2010 года, когда социальные паразиты хотели поджарить, в самом прямом смысле этого слова, центральную Россию и уничтожить несколько миллионов человек. А потом холуи социальных паразитов во все колокола кричали о том, что всё происходило само собой! И вообще, оказывается, что летом 2010 года было очень «активное» Солнце, что и послужило причиной того, что была такая аномалия жары в центральной России!

 

И что самое интересное во всём этом, так это то, что разбушевавшееся Солнце «почему-то» выжигало только центральную Россию, а весь остальной мир даже не догадывался о том, что наше светило разбушевалось! И как было приятно, когда буквально через пару часов после работы по уничтожению этого античеловеческого оружия, на иссохшую землю пролились крупные капли сильных летних гроз, когда с неба льются сплошные струи воды! Конечно, эти ливни пролили свою воду не везде, но... процесс пошёл, как говорил в своё время последний генеральный секретарь коммунистической партии СССР – Михаил Сергеевич Горбачёв! И действительно, процесс пошёл, с каждым днём всё больше и больше ливневых летних гроз проливали свои воды на покрытую трещинами землю. А после уничтожения геофизического оружия 22 июля, антициклон пришёл в движение, а не продолжал неподвижно стоять до декабря, как обещали «специалисты»...

 

Даже после твоей гибели, даже фактом своей гибели ты продолжаешь бороться с паразитами, ты страшна для них и после смерти, когда они увидели, что люди только ещё больше прониклись той правдой, которую ты несла и продолжаешь нести… И неслучайно паразиты, испугавшись реакции на твоё убийство, стали публиковать интервью с псевдо Светланами, которых оказалось даже несколько, и неслучайно паразиты, через своих холуев- провокаторов, типа Малышева и Ко, пытались облить тебя грязью, нагло фальсифицируя всё и вся! Но не знали все они, что и после смерти ты продолжаешь сражаться с ними, не знали они, что ты оставила после себя такую бомбу, что все их потуги облить тебя грязью испаряться мгновенно, в то время как всем станет ясно, кто же такие на самом деле господа Малышевы, и кому они служат…

 

Моё послесловие не может быть без(с)конечным, но это не значит, что повествование о тебе прекратится, когда я поставлю последнюю точку в этом тексте. Отнюдь нет! Я продолжу повесть о тебе в своей автобиографии, так как наши с тобой биографии переплелись настолько тесно, что стали одним целым и продолжают им быть…

 

Николай Левашов

13 января 2011 года

 

 

P.S. Мы со Светланой говорили и о последней главе её первого тома «Откровения», в которой она завершала повесть об Изидоре. К сожалению, Светлана так и не успела записать эту главу, но я передам всем читателям этой книги завершающие штрихи судьбы этой удивительной женщины своими словами. Так что прошу не судить строго, я не могу писать за Светлану:

«…Вот и наступил день казни Изидоры. Караффа не приказывал пытать её, так как боялся, что останется без своих послушных палачей. Да и нужно ему было получить от Изидоры секрет физического без(с)смертия, а переломанные кости и изуродованное тело в этом деле были плохими помощниками, особенно, учитывая характер мадонны. Караффа понимал, что если он не смог сломать её пытками и гибелью близких ей людей, пытать Изидору не имело никакого смысла. Он не был глупцом и поэтому рассчитывал, что только угроза умереть самой может заставить её согласиться с его требованием. Он, как и многие другие, мерил всех и вся по своей собственной мерке – одно дело наблюдать за смертью в огне других, а другое дело – самому гореть в костре инквизиции...

 

День казни Изидоры выдался солнечным, лучи Солнца ласково касались лица Изидоры, нашёптывая ей: «...ты нас не бойся...». Щебетали птицы, передавая друг другу печальную весть о предстоящей казни, травинки и былинки шёпотом сообщали всем о всё той же казни Изидоры. Лёгкое дуновение ветерка касалось чудесных волос Изидоры, развевая их, и создавалось впечатление, что они ожили и светятся изнутри в лучах Солнца. Изидора была прекрасна в лучах Солнца и как бы была сама наполнена светом.

 

Её везли в открытой повозке к месту предстоящей казни. На площади, где должна состояться её казнь, собралось много зевак, но среди тех, кто пришёл посмотреть на то, как будет «гуманная» церковь сжигать заживо человека во имя Бога, не нашлось ни одного, который бы бросил в Изидору камень, гнилой овощ или фрукт. Её прекрасное лицо, весь её светоносный облик у любого любителя подобных «развлечений» сразу гасил желание покуражиться над приговорённой к сожжению заживо женщиной.

 

Караффа тоже наблюдал за приготовлениями к казни. В его дьявольском мозге ещё теплилась надежда на то, что в самый последний момент мадонна Изидора не выдержит и согласится открыть ему секрет вечной жизни. И вот Изидора привязана к столбу, и всё готово к сожжению, палачи ждали только его сигнала к началу казни. Толпа зевак вела себя очень странно. Не было никаких криков, насмешек, столь часто сопровождающих подобные зрелища. На площади, где должна была произойти казнь, стояла полнейшая тишина. Изидора, и привязанная к столбу, оставалась величественной и прекрасной. В её глазах не было страха, а только вселенская грусть.

 

Весь её облик, гордо поднятая голова не могли оставить равнодушным ни одного человека, пришедшего на эту площадь. Среди толпы раздались сначала робкие крики: «...Помиловать её! В чём её вина!?» И вскоре уже вся толпа взорвалась криками, требующими отмены казни. Именно этого момента и дожидался Караффа, чтобы предпринять свою последнюю попытку заполучить желаемое – секрет без(с)смертия. Он подошёл к привязанной к столбу Изидоре и тихо сказал ей:

 

– Мадонна, видите, даже толпа не желает видеть Вас объятой пламенем костра... Давайте сделаем всех счастливыми Мадонна. Толпа будет счастлива тем, что спасла Вас от костра инквизиции и будет ликовать от осознания преодоления своего страха перед святой инквизицией и победой. Я получу без(с)смертие и тоже буду счастлив! Вы, Мадонна, останетесь живой, и никто не посмеет упрекнуть Вас в предательстве или трусости. Ведь все будут думать, что Вас освободила толпа... Так что решайте, Мадонна, я не могу ждать целую вечность Вашего ответа, факелы палачей уже зажжены, и Вам стоит поспешить с Вашим ответом, я и так проявил терпение и уже слишком долго ждал Вашего решения...

 

Изидора посмотрела ему в глаза и улыбнулась, и эта улыбка сказала Караффе всё... он понял, что Изидора никогда не даст ему секрет без(с)смертия. Он разочарованно взмахнул рукой и отошёл от приготовленной к казни Изидоры...

 

– Приговорённая к сожжению не желает покаяться в своих прегрешениях, и я вынужден отдать приказ начать казнь, как бы мне и не было жаль это делать, – сказал Караффа, обращаясь к толпе, и после этого он взмахнул рукой...

 

Послушные его воле палачи поднесли пылающие факелы к соломе, и вскоре появились первые языки пламени... Сухие дрова разгорались очень быстро, и лёгкий порывистый ветер, который ещё совсем недавно ласкал волосы Изидоры, сейчас раздувал смертоносное пламя... Как любила Изидора смотреть на живой огонь камина, когда весёлые языки пламени радостно кидались на очередное полено, брошенное в камин ... А теперь такие же языки пламени медленно, но верно подбирались к ней самой и с такой же радостью готовы были превратить в пепел её тело...

 

Изидора не боялась смерти, она была готова к ней уже давно, точнее, она умирала уже не первый раз: когда умер её отец, её любимый муж и её чудесная девочка... Она умирала каждый раз, когда этот дьявол в папских одеждах уничтожал одарённых людей сотнями и тысячами. И поэтому её собственная жизнь для Изидоры была важна до тех пор, пока она могла бороться с этим монстром, и единственное, что ей удалось – выстоять самое страшное: наблюдать за казнью близких ей людей и не сломаться.

 

Единственное, о чём жалела в этот момент Изидора, так это о том, что так и не смогла уничтожить этого монстра в человеческом обличии... Его защита осталась непробиваемой, несмотря на многочисленные её попытки. Тем временем пламя уже подобралось к её ногам, начала тлеть одежда, ещё совсем немного и она превратится в пылающий факел... Изидора не стала дожидаться этого момента... Она сосредоточилась на своём сердце и силой своей мысли заставила его сокращаться всё реже и реже, и вот... её сердце дёрнулось последний раз… и остановилось навсегда...

 

Изидора быстро и легко покинула своё тело и уже со стороны наблюдала, как жадные языки пламени стали пожирать тот сосуд жизни, который она только что покинула... Изидора не стала дожидаться того, как сгорит в пламени её тело. Она обратила взор на своего врага... Караффа с досадой наблюдал за тем, как в пламени костра сгорает его надежда стать без(с)смертным. Он так и не смог сломать эту женщину... Его лицо как-то сразу осунулось и постарело... Именно таким его увидела Изидора, покинув своё тело... и увидев, поняла, как устроена защита Караффы...

 

Его защита была построена на магии мёртвых, и только покинув своё тело, Изидора смогла увидеть это... Как же она не могла этого понять раньше! Всё-таки Тёмные мыслят совсем по-другому... Но теперь она знала, и она не стала медлить! Пока ещё она была полна силы, пока ещё её горевшее в пламени костра тело выбрасывало жизненную силу, она была полна силы... Изидора стала быстро расплетать узоры непробиваемой ранее защиты Караффы, и вскоре эта защита полностью исчезла... И вот наступил момент истины и справедливости... Изидора никогда не думала, что это случится после её смерти, но... важно было то, что она наконец-то получила шанс остановить этого папу-монстра. Она собрала всю свою боль, всю свою скорбь по уничтоженным Караффой одарённым и нанесла по нему удар... В этот удар Изидора вложила всю ту нерастраченную любовь матери, жены, дочери, всю нерастраченную веру в светлое, и выплеснула всё это на Караффу. Караффа неожиданно для всех сначала схватился за свою голову и, свалившись на мостовую, стал извиваться на мостовой, как змея, продолжая держаться своими руками за голову, как будто кто-то её у него пытался оторвать... При этом он издавал какой-то нечеловеческий вой, который постепенно затихал и вскоре совсем затих, так же, как затих и сам Караффа.

 

На площади, где ещё продолжало догорать тело Изидоры, воцарилась мёртвая тишина... сначала никто ничего не понял, не все ещё видели, что ненавистный всем Папа мёртв – мертвее не бывает. А когда всё-таки поняли, что же всё-таки произошло, толпа просто взорвалась криками и проклятьями в адрес Папы. Мёртвым его уже никто не боялся... В толпе раздались призывы к погрому Папского дворца, и вся толпа хлынула в резиденцию Папы. Толпа была похожа на селевый поток, который на своём пути всё превращал в хаос. Изидора наблюдала, как толпа смела охрану дворца и кинулась громить не только бюсты Пап, но и непревзойдённые произведения искусства...

 

Изидора с грустью смотрела на то, как ценнейшая и уникальная библиотека, собранная Караффой была уничтожена толпой в мгновения ока. Ценнейшие рукописи и книги с какой-то звериной радостью бросались людьми в огонь, разрывались на части, топтались ногами, она наблюдала, как накопленный страх перед Папой-деспотом выливался на уникальные полотна мастеров, как многие стали совать в свои карманы всё более-менее ценное по их понятиям, не понимая, что они уничтожают именно самое ценное из того, что было в папском дворце – рукописи, книги, картины...

 

Наблюдая за всем этим, Изидора понимала, почему Север ей говорил о том, что люди ещё не готовы, что ещё не пришло время, и в то же самое время, она понимала, в чём Север и все остальные были не правы! Если ждать когда люди будут готовы, то это никогда не произойдёт! И именно в этом была основная ошибка Светлых, и ей стало грустно от понимания этого... Тёмные выигрывали уже тем, что не ждали нужного времени, они действовали в любых обстоятельствах... и пока Светлые Силы не поймут этой простой истины, Тёмные Силы всегда будут побеждать...

Светлана, Светлана Левашова, Светлана Левашова книга Откровение, Светлана Левашова Откровение, Светлана Левашова биография, Светлана Левашова книга Откровение скачать, Светлана Левашова Откровение скачать, Светлана Левашова показ мод, Светлана Левашова показ Мод Париж, Светлана Левашова показ мод Париж 2000, Светлана Левашова книги, Светлана Левашова Откровение скачать бесплатно, Светлана Левашова книги скачать бесплатно, Светлана Левашова книга Откровение Скачать бесплатно, Светлана Левашова Париж, Светлана Левашова замок, Светлана Левашова замок в Париже, Светлана Левашова магнолии, Светлана Левашова цветы, Светлана Левашова жизнь, Светлана Левашова свет, Светлана Левашова озеро, Светлана Левашова горы, Светлана Левашова воздух, Светлана Левашова огонь, Светлана Левашова ясное небо, Светлана Левашова земля, Светлана Левашова Свобода, Светлана Левашова лошади, Светлана Левашова ювелирные украшения, Светлана Левашова модельер, Светлана Левашова модельер Париж, Светлана Левашова ручеёк, Светлана Левашова родник, Светлана Левашова Хан, Светлана Левашова видео, Светлана Левашова видео скачать, Светлана Левашова скачать видео бесплатно, Светлана Левашова триумф, Светлана Левашова фото, Светлана Левашова фото скачать, Светлана Левашова фото скачать бесплатно, Откровение Светланы Левашовой, Откровение Светланы Левашовой скачать, Откровение Светланы Левашовой скачать бесплатно, Светлана Левашова музыка, Светлана Левашова скачать музыку, Светлана Левашова скачать музыку бесплатно, Светлана Левашова слушать музыку, Светлана Левашова слушать музыку